Психопатка

Мне было необходимо найти деньги на это, на новый телефон, современные развлечения. В конце концов, я часто длительно голодала. Мне ничего не оставалось, как позвонить бабушке и попытаться наладить с ней хоть какой-то контакт. Назад пути не было. План должен был сработать. Играя на самых больных чувствах, я соврала бабушке, что пьяный Владимир подсматривает за мной в душе. Это была абсолютная ложь, ведь он на самом деле был неплохим мужчиной, порядочным и добрым. Хоть и не мог относиться ко мне, как к родной дочери.

На кону стояла моя дальнейшая жизнь. Бабушка так легко поверила мне! Она забрала меня к себе. Теперь вам стало немного понятнее, кто я? – после долгого рассказа Камила устало посмотрела на Ульяну, даже не рассчитывая на понимание.

– Стало. Не сочтите за оскорбление… мне стало вас очень жаль – заключила та.

– Жаль? Вам ещё раз рассказать, как я сожгла мамину собаку? – в недоумении выспрашивала Камила. – Я потом ещё пару лет врала учителям, что отчим домогался меня, чтобы ничего не делать и получать хорошие оценки.

– Я всё прекрасно поняла и с первого раза. За это мне и платят. Вам так важно заставить меня поверить, что вы хищник, а не жертва?

Камила облегчённо откинулась на спинку кресла. Ума психологу хватало. Но она внезапно поняла, что не получит здесь простого утешения. Здесь придётся думать, и это было прекрасно.

– В смысле?

– В прямом! – не уступала Ульяна, понимая, что её клиент достаточно эрудирован, чтобы выдержать этот напор.

– Жертва обычно чувствует себя просто паршиво. А я испытываю вину…

– У ваших поступков есть причины!

– Вы – мой психолог, а не адвокат! – раздражалась Камила.

– Постараюсь не забыть об этом! И всё же я повторю! Мне вас очень жаль! Ваша мать сделала из вас бесчувственного и расчётливого человека.

– Торопитесь с выводами.

– Напротив. Уже пора бы сделать хоть какой-то вывод…

– Ещё одно клише! У психологов всегда виновата мать! Ладно, не буду спорить.

Мне нравится, что вы гладите меня против шерсти – согласилась Камила, пытаясь быть максимально откровенной.

Ульяна сделала вид, что не заметила комплимент. Воцарилась тишина.

– Что такого особенного в этом парне? – внезапно спросила психолог. – В том парне, из-за которого вы пришли меняться… должно быть, это сильные чувства?

– Очень сильные. И первые. И я не знаю, что с ними делать.