Красная комната. Бархат

Аринн была из породы холодных гордячек, которые и в постели лежат и ждут, когда их удовлетворят. Совершенно не его тип.

– Хранитель Аспид, да о чем я вообще думаю! – огрызнулся на себя Росс и прикрыл глаза рукой. Завтра ему будет нужна ясная голова, нужно взять себя в руки!

Аринн вошла в свою квартиру и включила только лампу-бра около старой вешалки. Общий свет в квартире она побоялась включать, чтобы никто на улице не понял, что хозяйка вернулась в квартиру. Она вообще боялась идти домой, чувствуя неясную тревогу, но за ней никто не шел, а зудящего чувства в спине, будто кто-то следит, она не чувствовала, но все же… С каждым днем спираль событий уводила ее все ниже и ниже, а вовлеченные персоны пугали.

Клан Лаэт, семья фой Мауш… Вряд ли ей удастся выбраться живой, если она будет играть одна на этой шахматной доске.

Разум ей подсказывал, что надо побыстрее выяснить обстоятельства, заставившие сестру так поступить, а потом искать покровителя. Перед глазами сразу вспыхнула сцена в машине, и Аринн сжала конверт, злясь на себя за потерю контроля.

– Он тоже хорош! Накинулся, а потом принялся обвинять, сосущий слизняк, – сказала она своему уставшему отражению в зеркале платяного шкафа. Идти на кухню ей не хотелось, как и в единственную комнату, что служила и спальней, и гостиной, и кабинетом. После официальной разорванной помолвки кабинетом комната была больше всего.

– Ну и что, – опять сказала вслух Аринн и поджала губы от злости, потому что Росс так и не хотел вылезать из ее головы.

 – Не красавец, – вспомнила она свое первое впечатление и усмехнулась. – Зато феромонов выделяет в таком количестве, что даже на меня действуют. Хотя, нет, феромоны были только у барона, вот кто настоящая скотина. Он целенаправленно дурманил меня, – признала объективный факт Аринн и уставилась на конверт. – Фой Мауш меня спас.

Она разорвала ногтями прозрачную пищевую пленку и вынула бумажный плотный сверток. Он был заклеен, поэтому пришлось рвать сбоку, чтобы вынуть сложенный вчетверо листок.

Он был двух цветов: белый для записи, красный с обратной стороны.

– Красный цвет меня просто преследует, – напряженно сказала вслух и развернула письмо. Несомненно писала ее сестра:

«Аринн, прошу тебя не злись на меня за весь этот цирк. Я уверена, что ты хочешь открутить мою голову, но у нас не было выбора. Нам нужно было скрыться, сделав из меня труп, чтобы интерес со временем к нашей семье утих, и ты смогла бы жить как и раньше.