Красная комната. Бархат

У вашей сестры были долги?

– Были, но это не имеет…

– А проблемы в личной жизни? Она ведь являлась свободной от обязательств?

«О хранители, да с такими притянутыми основаниями, я, наверное, в его глазах, следующая претендентка за грань», – мысленно закатила глаза Аринн.

– Мы обе одиноки, инспектор, если вы пытаетесь намекнуть на то, что моя сестра была неудачницей, решившей свести счеты с жизнью. Что ж, я вынуждена расстроить вас, но Керрин была самым жизнелюбивым существом во всем Уэссе и умирать не собиралась.

– Родственники часто не догадываются о реальных проблемах их близких.

Аринн даже не нашлась, что ответить на столь грубое, отчасти правдивое, но совершенно не относящиеся к ним с сестрой, замечание.

– Это не самоубийство! Вы можете опросить владельцев лавок и сами поймете, что моя сестра планировала новое расширение в ее небольшом бизнесе. Если вы считаете, что я мало понимала Керрин, то пусть тогда чужие люди подтвердят то, что она не собиралась совершать такой поступок.

Но к ее огромному потрясению инспектор Варс вынул какой-то листок бумаги из папки и с уставшим видом протянул его в руки Аринн.

– Читайте.

Она забегала глазами по строчкам, не веря до конца словам, написанным там, но почерк был Керрин, именно с теми самыми завитушками над «д». Руки от волнения задрожали, буквы странно поплыли, и Аринн поняла, что ей не хватает воздуха.

«Дорогая сестра! Прошу не пытайся найти виноватого в моей смерти. Так было нужно. И это было самое верное решение. Не держи на меня зла, живи спокойно и будь счастлива! Я всегда буду рядом с тобой. Твоя непутевая Керрин.»

Отрицать было бесполезно – письмо писала ее сестра.

– Я могу забрать… забрать копию, – севшим голосом спросила Аринн, ощущая на языке ужасную горечь.

– Конечно, мадам, – сочувственно ответил инспектор и забрал бумагу.

– Да, спасибо, – кивнула Аринн и уставилась на свои дрожащие пальцы.

Как только инспектор вышел, она сразу же встала со стула и принялась ворошить все документы в тоненьком деле ее сестры. Все верно, письмо было написано ее рукой, в ее стиле, но там и строчки не было про ее желание умереть!

«Не пытайся найти виновного».

«Так было нужно».