Солнечная девушка

Короче, стала склонять признаться в том, кто он есть, а меня призвала в качестве моральной поддержки. Мы втроем очень сблизились, образовав что-то вроде шведской семьи, только без секса. И вот я сижу здесь и занимаюсь организацией свадебного обеда для Джона и твоего брата. – Ослепительная улыбка исчезла. – Одна из причин, почему я так скучаю по Джону, связана с сестрой.

Джон встречался с девушкой. Шведская семья без секса. Хлеб вместо салфеток? Лео окончательно потерял дар речи.

– В любом случае тебе не надо этого объяснять.

– Это несравнимо.

– Да, понимаю. Если тебе понадобится увидеть Калеба, ты можешь просто вскочить в самолет.

– Скорее случится обратное.

– Он прыгнет в самолет? О да, понимаю, это ему необходимо увидеть тебя. Ну, понятно. Ты главный и не нуждаешься в том, чтобы кого-то видеть.

Ее проницательность пугала.

– И никаких эмоциональных проблем. Хороший способ существования. Мой подход к отношениям заключается в том, чтобы достичь подобной степени отчуждения и спокойствия.

Лео немного испугался.

– Твой подход к отношениям?

– Да. Например, отделить секс от любви, как в нашей шведской семье с Джоном и Лунностью. Согласись, это упрощает жизнь.

– Проще – может быть. Но не лучше.

– Конечно, самое простое – совсем исключить любовь из жизни. Так я теперь и поступаю.

– Почему?

– Тут больше нет места. – Она слегка похлопала себя по груди в области сердца.

– Но ты же совсем не такая.

– Ну да, мне приходится много над этим работать.

– Почему? – Господи, зачем он твердит одно и то же, как попугай?

– Потому что природа заложила во мне склонность сильно привязываться к людям. Я должна как-то обезопасить себя.

– Что? Почему? – Нет, не может быть, чтобы он снова это повторил. – Я хотел сказать: чего ты боишься?

– Боли. Это больно – любить кого-то слишком глубоко.

Лео захотелось сказать, что это смешно, но слова не шли с языка. Что он понимает? Он живое доказательство того, что секс, как правило, не имеет отношения к любви, что бы там ни говорили.

Солнышко, по крайней мере, может прикоснуться к другому человеку, не впадая в панику, а значит, превосходит его на целую голову. Как он мог получить то, что имел Калеб, если даже не в состоянии обнять плачущую женщину? Разве он это заслужил, жалкий тип?

– Но мы, кажется, говорили про бальзамирование. – Солнышко подмигнула. – Что гораздо интереснее.