Прыжок через бездну времени

Федор пожал плечами:

– Да я не мог считать, но, видимо, дня четыре, может, пять.

Антон вдруг хлопнул себя ладонью по лбу:

– Слушай, если ты не остался в деревне, а отправился вместе с этими всадниками, значит, кто-то из них был нашим с тобой давним-предавним предком, так ведь? – высказал свою гипотезу Антон.

– Конечно, так, – подтвердил Федор. – Во сне я об этом не думал, а сейчас пытаюсь представить картинку и определить, кто бы это мог быть, но пока безуспешно. Я полагал, что смогу связать изображение, которое я вижу, с направлением зрения того или иного всадника, но, похоже, оно формируется и боковым зрением, и еще бог знает чем, потому что иногда я могу наблюдать всех даже сверху.

– А может, эта картинка зависит от того, куда ты сам смотришь? – высказал и свою гипотезу Антон.

– Нет, – замотал головой Федор, – от меня точно ничего не зависит, я только наблюдатель и всё. Скорее всего, осознанно я вообще ничего не мог делать, а мой мозг только пассивно воспринимал то, что ему транслировалось то ли извне, то ли из моего подсознания.

– А куда вы ехали? – Антону хотелось ускорить неторопливый рассказ Федора. – Неужто твоя деревенщина ни о чем не разговаривала?

Федор поморщился:

– Ты знаешь, когда ехали, то только короткие отрывочные реплики. А на стоянках трепались вовсю. Тем более что, как оказалось, не все знали даже, куда и зачем они едут. Но знатоки, конечно, тут же нашлись, все разъяснили. Южными соседями наших путешественников были сколоты, на них напали хорсари во главе с их воинственным предводителем Дарием.

– Сколоты – это же скифы, – воскликнул Антон, – а Дарий, персидский царь, жил в VI веке до н. э., значит, две с половиной тысячи лет назад. Надо же, куда тебя занесло!

Оба некоторое время помолчали, потом Федор продолжил:

– Наверное, на пятый день мы подъехали к огромному лагерю, расположившемуся в степи на берегу довольно крупной реки.

Антон недоверчиво спросил:

– И ты понимал его язык?

– Не столько язык, – улыбнулся Федор, – сколько жесты. А с языком повторилась та же история, что и в деревне: общий смысл понятен, но много незнакомых слов.