Котэ, любовь и дом с привидениями

Эдик подошел и наугад пробежал пальцами по клавишам. Нашел низкие, басовитые ноты, стонущие от легких прикосновений…

– Вот так. Понял?

– Не мыши, а музыканты, блин! Пианисты – чайковнисты…

– Здесь нет мышей. А ты что, в композиторах шаришь?

– Неа! Это на сахаре – рафинаде написано: «Чайкофский»! – бесхитростно пояснил Костя. – Я и запомнил фамилию!

– Так ведь понял, что это фамилия композитора, а не изобретателя сахара…

Костя проигнорировал подкол.

Он отвернулся и аккуратно поднял крышку рояля.

– Вот потому и нет мышей, – хмыкнул Вервольф.

– Вот и Чайковский! – обрадовался Костя.

Котэ припал к полу и завыл, старательно пугая незваных гостей.

– Чего вопим? Ой, прости, ты, вероятно, хотел спеть? – прикалывался Эдик.

– Классно затянул! Пошли на ручки, солист? – Костя наклонился взять солиста, но тот ударил его когтистой лапой.

На коже парня заалели полоски.

– Не хватай уважаемое животное, не нарушай его личное пространство, – посоветовал Эдик.

– Да уж, видимо, нужно проявлять больше уважения! – Костя слизал кровь с ранок, – фотай тогда все, да пойдем. Я уже есть хочу.

– Подождешь. Не вымрешь, не мамонт, – Эдик аккуратно запечатлел все на телефон.

В коридоре послышались шаги.

Костя выглянул в дверной проем.

– Никого! Эдик, что за фигня?

– Привидения, конечно, – равнодушно отозвался тот, – ты смотри, они на свежую кровушку-то охочи!

– Да блин… Перестань.

По коридору пронесся ветерок, будто потянуло сквозняком.

Вервольф неохотно оторвался от объектива и отправился смотреть сам.

Тишина. Где-то на чердаке хрустнула половица.

– Костя, потом комнаты дофотаем, пойдем, чердак глянем? – предложил Эдик, оборачиваясь.

Кости не было.

– Что за тупые выходки? – Эдик раздраженно сунул смартфон в карман.

Чтобы забраться этажом выше, следовало вернуться на лестницу. Комнатка под крышей возможно, когда-то тоже была обитаема. Вервольф уже почти миновал гостиную… И тут на него со спины кто-то прыгнул!

Рефлексы сработали безупречно. Вервольф пригнулся и отклонился, позволяя нападавшему потерять равновесие. Перешел в наступление… И замер. На пыльном полу барахтался Костя.