Меня зовут Мартин

Всех видел и Сергея тоже. Как вы его зовёте между собой?

– Скользкий.

– Скользкий. – Произнося это, отец смаковал каждый звук. – Он хороший советчик, верный друг. Он тоже принимает участие в соревнованиях?

– Нет. Он теперь работает на министерство спорта, будет оценивать наш с Мешком потенциал.

– Работает? Восемнадцать только исполнилось, а уже на работу устроился. Весь в своего отца.

Вечером отец мне включил «Табу» режиссёра Нагиса Осима. Я всё понял.

Наследующий день были городские соревнования по дзюдо.

Отец пришёл посмотреть, сел на скамейку команды нашего клуба, поздоровался с Михаилом Валерьевичем, парнями, которых знал. Между рандори с моим участием я прибегал к отцу на скамейку, где заставал его беседующим со Скользким. Они, как старые друзья, обсуждали достоинства и недостатки выходящих на татами спортсменов, делали ставки. И хоть Скользкий знал всех участников, он пару раз проиграл. Я сидел за ними и слушал, как они обсуждают физическую подготовку, психическое состояние и моральный настрой выходящих на татами.

Потом пришло время финала в моей весовой категории, который я с лёгкостью прошёл.

– Нервничаешь? – Спросил меня отец, когда я опустился на скамейку рядом с ним.

– Нет. А где Скользкий?

– Ушёл наставлять твоего друга Мешка. Кот. – Последнее слово отец произнёс с издёвкой, построив брови домиком. – Тебя он, по неизвестной мне причине, поставил фаворитом соревнований.

– Я же тёмная лошадка или кот, кто поставит на меня крупную сумму, тот унесёт все деньги.

– Я тоже поставил на тебя, – отец потрепал меня по волосам, – так что мороженое с меня всей команде.

– Благодарю. – Я встал, отвесил глубокий поклон и ушёл разогреваться перед схваткой.

На татами я вышел первый, поприветствовал судей, зрителей и рефери (им оказался инструктор ОМОНа Андрей Горшков, которого я знал по соревнованиям, не раз проходившим в нашем городе). Когда на татами вышел Мешок, я стал оценивать его состояние перед поединком. Внешний вид Мешка говорил, что мой друг готов к схватке, но не хочет побеждать, так как ему всё равно, что он любит карате, а дзюдо покровительствует его батя и президент.

Я знал особенность техники Мешка, его «суперсилу» и её слабые стороны. И в момент, когда он готовился, как удав сдавить свою жертву (он всегда мысленно представлял себя удавом во время кульминации поединка), я просто сблизился с ним, обошёл его и провёл Хадака-дзимэ, прямо в стойке. От меня никто этого не ожидал, даже я сам.