Имя его… Попутчик

Все трое молчали, глядя друг на друга, и пытались осмыслить происходящую с ними перемену. Конечно, они оставались такими же неопрятными, но на их грязных лицах разгладились морщины, исчезли озабоченность, испуг, а в блеске глаз появилось нечто неуловимое, объединяющее их с Хибергом и Улой.

Гнома это преображение ничуть не удивило. Отступив несколько шагов вглубь комнаты, он увлек девочку за собой и так объяснил ей происходящее:

– Эти бедняги забыли, или вовсе не знали, что наши сокровища хранят первородный свет – свет Вечности.

Поэтому они не могут служить слабостям людей, скупости или желанию казаться не тем, кто ты есть на деле. Именно этот свет возвратил Силачу ум, раньше он причинял людям зло по глупости или по незнанию, что творит. Скряге освободил душу от зависти и лукавства. А Сквернослову раскрыл сердце для сострадания.

– Теперь я исполню ваши тайные желания. Тебе, – Жар-птица обратилась к Силачу, – хотелось быть всегда мужественным и непобедимым. Вот тебе меч.

Она повела крылом в сторону Хиберга, и все увидели в его руках сверкающий серебром клинок.

– Этот меч неотразим, и помни, он разит зло. Если его поднять на правого, он обернется против поднявшего!

– Тебе, – птица указала на второго разбойника, – по душе будет этот посох. Всякому просящему он дает, то, в чем человек нуждается и не более того.

– Ну, а тебе, – все посмотрели на Сквернослова, придется впору самый прекрасный дар – свирель. Когда захочешь что-то сказать людям, ты, прежде прикоснись к ней губами, она подхватит дыхание и донесет тепло твоего сердца до каждого, кто бы то ни был.

Уже через мгновение, после того как были получены желанные дары, все трое вместе с девочкой и гномом очутились на залитой солнцем поляне у подножия Седой горы.

Волшебная птица взлетела ввысь и скрылась в лучах яркого солнца, только Ула снова ощутила тепло в своей ладони – дар Хиберга был с ней.

Седой гном на прощание пожал каждому руку и пожелал доброго пути. Потом смахнул со щеки слезу и долго провожал взглядом уходящих в сторону леса мужчин, ведомых маленькой девочкой.

Они несли в мир чистоту своих сердец и часть его души.

Когда Гилл закончил свой рассказ, ночь опустилась на землю. Айхи, уже засыпая, еле слышно одними губами прошептал:

– Это была правдивая сказка… – и тут же уснул. Дух умиротворения осенил его лоб знаком спокойствия и любви.

Гном подумал о родителях своего нечаянного попутчика.