Я подарю тебе вечность

Поскольку до нужного мне предмета мебели добраться уже удалось, стянула с деревянной столешницы бумагу, аккуратно комкая ту в руках за спиной, а после даже несколько шагов по направлению на выход удалось сделать… Прежде чем Натаниэль преградил путь собою.

– Нет, – только и сказал он.

Чего?!

– Как это понимать? – озвучила мысль вслух.

Вышло немного растеряно, потому, дабы поправить положение, гордо вздёрнула подбородок, прямо и может быть даже с вызовом взглянув в зелёные глаза, которые к слову были непомерно близко.

В конце концов, это мой дом, и я могу идти куда захочу! И тем более не нуждаюсь в чьём-то разрешении. По крайней мере, пока ещё ношу титул герцогини Кортес.

– Да как вам угодно можете понимать, – великодушно пояснил Серафим. – От этого всё равно ничего не изменится.

Ну точно издевается! И вот как мне оставаться вежливой в таком случае?!

– Мой брат пропал почти двое суток назад. Отец отправился на его поиски. Отряды уже вернулись, но ни старшего герцога, ни младшего с ними нет, – проговорила даже резче, чем планировала.

Да только снова не вышло. Стоило сделать шаг, Натаниэль одним мимолётным движением поймал за талию и дёрнул на себя. Я даже опомниться не успела, как оказалась к Серафиму ещё ближе, чем прежде.

– Поскольку теперь всё ваше время принадлежит именно мне, – расплылся в самодовольной ухмылке мужчина, а взгляд цвета болотной тины потемнел почти до черноты, – то и распределять его тоже буду я, – тяжёлая мужская ладонь скользнула по талии к пояснице, а через мгновение скомканный клочок бумаги исчез из моих рук. – Как и вообще всё, что касается вашей жизни, – дополнил весомо Серафим, разглядывая отобранную у меня записку, благо та была пока нечитабельна.

Интересно, он вообще в курсе, что рабство в нашем мире отменили ещё со времен Старого Завета?! По всей видимости, нет.

– Я – дочь герцога первой линии его императорского величества. И, кем бы вы не являлись, всё равно не имеете никакого права… – начала, но тут же осеклась.

Пространство странным образом сжалось, вышибая из лёгких весь кислород. Вспышка цвета мертвенного индиго, опутавшая ладонь Натаниэля, отобрала у меня способность шевелиться.