Там, где лето. Янтарь

Но она, как оказалось, была другого мнения:

– Любовь на расстоянии – это чушь! – сквозь слёзы заявила она. – Ты забудешь меня уже через месяц, эти московские штучки затмят тебе глаза!

– Но Марин, ты же и сама хочешь поступать в институт.

– Да, но в Туле! Это полчаса езды на автобусе! Мы бы постоянно виделись, а если б ты поехал со мной в экономический, то даже жили бы в одной общаге!

– Ты же знаешь, как я хочу стать врачом. Мариш, Москва – это не край света, я буду приезжать в выходные!

Она грустно посмотрела на меня, затем покачала головой и ушла.

А я остался стоять на берегу реки на нашем с ней любимом месте.

Экзамены прошли, прозвенел последний звонок, и выпускной остался позади. Наступило очередное лето. Только в отличие от прошлого оно пахло разлукой и неизвестностью.

Я со щемящей душой приехал на вокзал. Родители провожать не захотели, Маринка и вовсе со мной не разговаривала с того самого дня.

Я сел на своё место у окна, поезд тронулся, я смотрел на пролетающие мимо поля и леса, на голубое небо, залитое солнечным светом и старался не думать.

Мне предстояли вступительные экзамены в университет имени Сеченова, я должен был сосредоточиться на них.

На время экзаменов университет предоставил общежитие, я обложился книгами и готовился с утра до ночи. Мысли о родителях и любимой всё-таки не оставляли меня, я очень скучал, но также хотелось доказать им и себе, что я способен на что-то большее, нежели стать обычным бизнесменом. Я чувствовал своё призвание и твёрдо решил получить эту профессию.

Один за другим проходили экзамены, я получал хорошие баллы. И наконец, химия. Ещё в школе у меня с ней не особо ладилось, но я был уверен, что сдам этот экзамен, ведь я так усердно готовился!

Билет попался по самой моей нелюбимой теме, и я, протянув до последнего, с громко стучащим сердцем сел отвечать. Члены комиссии сразу поняли, что я «плаваю», начали задавать вопросы, я что-то им отвечал, но уже понимал, что завалил экзамен.

Я вышел из аудитории как пришибленный, в голове стоял гул, я не знал, куда себя девать.

Через день были вывешены списки поступивших, и я, лелея надежду, подошёл посмотреть. Но нет. Сердце словно пропустило удар, а в горле появился противный комок. Моей фамилии нет.

Что теперь? Прощай мечта? Вернуться побитым псом в деревню, идти работать к сыну дяди Славы, чтоб не сидеть на шее у родителей? Пробовать поступить через год?

Да, пробовать! Но… я не хотел возвращаться, ох как не хотел.