Княжна для викинга. Книга 1

Когда-то она была лишь рабыней-иноземкой в чужом доме. Когда-то у нее не было ни своего слова, ни даже собственного угла. И вот теперь у нее есть все. Ум Умилы всегда смотрел дальше, нежели обычно видят женщины. Не было ни дня, когда б она не думала о будущем. Завоевать победу – лишь полдела. Важнее и труднее – удержать ее. И кажется, раздумья принесли свои плоды. Мир рушился. Города исчезали в пепле. Не было уже ни Ингрид, ни Годслава, ни их сына Харальда. Лишь Умила и ее хранимые богами дети продолжали идти сквозь время, отряхивая с сапог пыль чужих земель.

– Мира! – откашлявшись, окликнула Умила служанку.

– Госпожа…– в горницу вошла миловидная девица с чистым смелым лицом. Будучи с детства сиротой, оставшейся без дома и племени, она усердно служила своей влиятельной повелительнице.

– Моя дочь, Ума, где она? – справилась Умила, попутно завершая счетные работы.

– С заката почивать изволит, – отчиталась исполнительная служанка.

– А где Синеус? – когда Умила произносила имя младшего сына, ее губы улыбались.

– Трудно предположить…– Мира поправила подушку, подпирающую спину Умилы в кресле.

– Найди-ка мне его. И поживей! – распорядилась Умила.

– В такой час он может быть где угодно, – затянула Мира, которой не хотелось полночи искать гуляющего князя.

– Сказала – найди! – Умила стукнула ладошкой по столу.

Прошло изрядное количество времени, прежде чем на пороге возник статный силуэт. Синеус был ладно сложен и имел красивое мужественное лицо. Оружие и самодовольная улыбка всегда находились при нем.

– Матушка пожелала видеть меня, – начал Синеус, до самых дверей провожая заинтересованным взглядом удаляющуюся фигуру служанки. Он был хищник по натуре. Любил поохотиться как в лесу за тетеревами, так и в палатах да дворах за юными девицами, безмятежно разгуливающими перед его носом.

– Присядь. Нам есть, о чем потолковать, сын, – Умила жестом указала на скамейку супротив себя.

– Разреши, не стану! – Синеус развязано и нетерпеливо расхаживал по горнице.

– У меня для тебя новость, – Умила знала своего сына вполне. За долгие годы она усвоила, что с ним не нужно вступать в переговоры. Иначе он вымотает все нервы и в итоге поступит по-своему. Ему нельзя оставлять выбора и нельзя обращать внимания на его сопротивление.