Жена Громовержца

Трое из них хранили угрюмое молчание. От лица всех выступал один человек. Высокий детина с коротко остриженной бородой и занимательными узорами на коже – нарисованные языки пламени покрывали его шею, часть подбородка и левую скулу. Подобный орнамент не был диковиной. Сажа и уголь, нанесенные особым путем, оставались с хозяином до конца его дней. Как выяснилось позже, детину звали Агний. После приветствий, вручения подарков – среди которых Диве запомнился красивый боевой рог – и вступительных слов, гости выразили удивление, что не видят князя Рюрика, к которому прибыли.

– Княгиня Дива, дочь Гостомысла, оберегательница Новгорода, выслушает вас от лица своего супруга, князя Рюрика, – вмешавшийся тиун не стал ничего объяснять, но жестом предложил гостям приступить к цели визита.

– Мы хотим говорить с князем, – настоял Агний. Вид у него был более свирепый, чем требуется для переговоров. И это учитывая то, что его оружие осталось за дверьми гридницы.

– Княгиня Дива слушает вас, – невозмутимо повторил Арви, качнувшись на мысках сапог.

– А где Рюрик?! – Агний недоуменно оглядел своих спутников, затем обратил вопросительный взор на тиуна. На княгиню, возвышающуюся на троне, он вообще не обращал внимания. Что, безусловно, было для нее возмутительным.

– Все, что вы скажете княгине Диве, будет обращено к князю Рюрику, – изрек Арви с видом серьезным, исключающим толкование его слово превратно.

– Мы проделали трудный путь. И мы не хотим говорить с женщиной. – Агний не собирался отступаться так легко.

– Когда переговорите со мной. Не раньше, – наконец не выдержала Дива.

– Не раньше! – подтвердил Арви для удостоверения слов княгини, которые, видимо, звучат не столь убедительно, как ожидалось.

– Что ж…– Агний оглядел своих спутников: делать нечего, придется говорить с ней. – Князь Мурома, Славный Хотибор, желает долгих лет правителю Новгорода…И его супруге, – последние слова Агний добавил не сразу. Пожелание для Дивы было, явно, прикреплено вынужденно.

Дива со вниманием смотрела на послов и понимала только одно – перед ней сущие разбойники, которые едва умеют изъясняться! Гостомысл всегда говорил, что истинным посланцем княжеским может стать лишь умелый переговорщик, способный и выслушать собеседника, и молвить разумно.