Горлинка Хольмгарда. Книга 2

 – Шагай за своей девчонкой смотри, покуда сынков нет!

– В этом княжестве я могу каждого назвать своим сыном, – усмехнулась Дива нарочито самодовольно, хотя на самом деле уже чувствовала, как забилось ее сердце от волнений. – Пойдем, Рарог…

Мачеха и пасынок пошли к теремам, в то время как лебедушка продолжала слать им вслед проклятия. Нрав красавицы был известен. А Диве уже начинало надоедать, что какая-то баба непрерывно задирает ее и разговаривает с ней неподобающе. Но неопытная княгиня пока не видела способа прекратить это.

– Рарог, тебе следует избегать ее. В противном случае всегда будешь оказываться виноватым, – напутствовала Дива, знающая по опыту, как любое дело Вольна разворачивает в свою сторону. И не просто себе на пользу, а таким образом, чтобы недруги ее пострадали.

– Куда мы идем? – накуксился Рарог, видя, что они приближаются к внушающей трепет обители правителя, то есть к гриднице. Вообще, все, что было связано с родителем, пугало Рарога где-то глубоко на подсознании.

– К нашему князю, – ответила Дива.

– Ты все расскажешь отцу? – Рарог уже видел себя наказанным.

– Ты сам ему все расскажешь. Иначе это сделает Вольна, – предугадала Дива.

– Пущай рассказывает, – пожал плечами Рарог.

– Я же объясняю: в этом случае на тебя падет тень как на виновника происшествия. Нужно первому воззвать к правде, – Дива кое-чему научилась, живя в змеином гнезде.

– Не нужно мне к ней взывать. Понеже я окажусь виноватым в любом случае, независимо от моих слов, – вздохнул Рарог обреченно.

Дива оглядела пасынка удивленно. Его горькое откровение неожиданно задело какую-то струну ее души. Рарог, кажется, не надеется, что его слову кто-то поверит. Не надеется на справедливость своего отца. Было время, когда она сама, в тот момент еще глупая княжна, также опасалась нареканий со стороны старшей сестры и чужих жалоб отцу, который всегда почему-то верил продуманной Велемире, а не рассеянной Диве.

– Рарог, твои показания важны, чтобы наш князь рассудил верно…

– Да не рассудит он верно, когда меня касается. Всегда я у него виноват во всем, – пробурчал Рарог себе под нос. А потом добавил неожиданно громко, – а жаловаться я не буду!

– Если Вольна обратится к разбирательству первой, то ты окажешься обвиняемым, – Дива уже знала, как поступают все прохиндеи: затевают ссору, а потом бегут за справедливостью.