Любовь и ненависть / Мәхәббәт һәм нәфрәт

– Что ж это за солдатские проводы без песни?!

Гости подняли весёлый шум, и лицо матери прояснилось.

Рифкат вынес из своей комнаты гитару и встал возле стола.

– Что спеть-то?

– Слушай, Рифкат, брось ты эту дребезжалку.

– Эх, гармошку бы сюда!

– Ладно, родственники дорогие, хоть наши с матерью уши к звукам гитары давно привыкли, но будет вам гармонь.

– Да ведь не умею я толком, – прислонил Рифкат гитару к стене и неуверенно взял гармонь.

– Давай, Рифкат, не заставляй себя упрашивать.

Когда, бросая взгляды на клавиши гармони, Рифкат заиграл, гости притихли.

Только сидевший в углу стола мужчина порывался что-то сказать, но жена его удерживала. Наконец в тишине он громко сказал:

– А мой в армию не идёт! В институт, говорит, поступлю! – Хвастался он или сожалел, было непонятно.

– Прекрати, ненормальный! – тянула его за пиджак жена.

В этот момент отец Рифката начал петь, и все подхватили песню:

Медный колокольчик подвесив,

Лошадей пустив вскачь,

Вернулся бы я в юность,

Одну тебя взяв.

– Давай, сват, подпевай.

– Что ж ты, сноха, дорогая моя, сидишь, воды в рот набрала, что ли?

– Слушай, сосед, не каждый день парня в армию провожаем, не сиди как сыч!

– А мой не хочет.

Отец с матерью едва успевали подносить на стол.