Мурлыкина и Писатель

 – Знаешь? Такое крутое вино из бумажных стаканчиков вкуснее, чем в ресторане.

– Стопудово, сказала Мурлыкина. – Оно, наверное, дорогое?

– Ага, – сказал Писатель. – Как "жигули" подержанные стоит.

– Блин! – сказала Мурлыкина.

– Нормуль, – сказал Писатель. – Мне его фанат из Франции прислал.

– Лучше бы он тебе его деньгами прислал, – сказала Мурлыкина.

– Тот?который?там, – сказал Писатель и показал на небо, – лучше знает, что мне лучше. Давай! За фанатов.

И немедленно начали пить дорогущее вино из бумажного стаканчика.

– Ого! Вкусно! – сказала Мурлыкина, закусывая вино рокфором, и замерла с улыбкой. – Ты слышишь, Писатель?

– Что?

– Как все прекрасно в мире, как весь мир звучит прекрасной музыкой? Падающие листья, трамвай, вкус вина, сыра, и даже твой кашель. Жаль, что никто, кроме нас не услышит эту божественную симфонию.

– Это самая лучшая музыка, когда она только для двоих и ее никак не выразить, потому что она слишком совершенна.

– И она никогда?никогда не закончится, – улыбалась Мурлыкина улыбкой Джоконды.

– Не закончится. И мы в ней останемся. Так и будем вечно сидеть на лавочке и пить вино.

– Ага, – Мурлыкина подышала на озябшие ладони. – А когда мы отсюда уйдем, это будем уже не мы. Потому что мы останемся тут. Да?

– Да! Сказал Писатель и протянул Мурлыкиной бутылку. – Давай! За музыку вечности.

Глава 7. Первая сказка про Людоеда

Мурлыкина и Писатель сидели в Измайловском парке на лавочке и смотрели, как падают листья.

– Хочешь, я тебе расскажу свою новую сказку? – спросил Писатель.

– Хочу.

– Тогда слушай! У одной девочки папа был людоед и мама?овца. От мамы девочке достались кудри и овечий характер, а от папы – людоедский характер и неконтролируемый гнев. Однажды папа?таки съел маму, приготовив из нее рагу. Одна девочка хотела съесть папу, но прочитала книгу Льва Толстого, где было написано по непротивление злу насилием. Она поняла, что если она съест папу, то станет таким же людоедом, как папа, и не сможет остановиться.

– Почему в лесу?

– Потому что боится, что не сможет однажды остановить себя.

– Какие?то дурацкие у тебя сказки, – сказала Мурлыкина. – Давай я тебе лучше расскажу!

– Давай.

– Один Людоед пригласил в гости Одну девочку на обед. И собирался ее съесть: «Красивые девочки вкуснее, а каннибализм – высшая форма любви мужчины к женщине», – сказал он, истекая слюнями и широко улыбаясь.