Мужчина, которого она полюбила. Реальная сказка

«Зачем ты взяла деньги?!» – раздался из комнаты мамин голос, как только Варя переступила порог старой трешки, которая когда-то считалась, говоря современным языком, блатной: высокие потолки, большие комнаты, раздельный санузел. Дверь ей открыла печальная бабушка. Хотя нет, Варина бабушка не бывала печальной. Назовем, лучше, это выражение лица обреченностью. С таким лицом сообщают о падении государственного строя или произносят речь поминальную речь в колонном зале Дома Союзов. «Не брала я их! Почему я всегда во всем виновата?!» – это уже кричала сестра Кира.

В комнате, которую у нас в народе принято называть «большая» или, на современный манер, «гостиная», Варю ждала следующая картина: отец сидел в кресле, опустив голову в ладони и потупя взор, мама и Кира стояли посередине, крича друг на друга. В дверях теперь стояла Варя, а за её спиной – бабушка.

– Что случилось? – спокойно спросила Варвара уставшим голосом, понимая, что пятничный вечер спокойным не будет.

– Твоя сестра зачем-то взяла у матери деньги и не признается, куда потратила, – раздался за спиной Вари бабушкин недовольный язвительный тон.

– Какие деньги? – все в той же манере продолжала Варвара.

– Деньги отложенные на море! – пояснила разозленная мать. – Между прочим, на её же каникулы! – это уже Александра Сергеевна адресовала младшей дочери. – Господи, в кои-то веки захотела нормального отпуска! – тон мамы сменился со злого на страдальческий. В этот момент Кира продолжала что-то причитать, почти плача.

– Кира, зачем ты взяла деньги? – продолжала допрос Варя.

– Да не брала я их! – заорал обиженный подросток.

– Тогда где они? – снова вступила мама.

– Мама, почему ты решила, что это она их взяла? – спросила Варвара.

– А кто? Бабушка не брала, отец тоже. Больше некому! – мама развела руками.

– Может ты их сама переложила куда-то? – уточнила Варя, заранее зная, что напрасно.

– По-твоему я не проверила бы?! Я все облазила. Их нигде нет! – с этими словами мама вышла из комнаты.

Кира удалилась в свою комнату, бормоча «Конечно, Кира! Кто взял? Кира!». Отец поднял голову и сменил точку обзора на телевизор.

– Пойдем пить чай, – сказала бабушка, дотронувшись до Вариного плеча. – Есть будешь?

Выходные Вари потерпели полное фиаско, не начавшись. Два суток ей пришлось провести в напряженном коллективном молчании всех членов семьи и выслушивании жалоб каждого её представителя в отдельности.