Мужчина из соседского шкафа

– Что же это? – не поверил своим глазам Филин.

Из зеркала на него смотрело вполне даже симпатичное лицо Аглаи Родины. Он несколько раз обернулся, чтобы удостовериться, что женщины за его спиной нет. А потом ущипнул себя за щеку раз, другой. Но видение не пропало. Филин приподнял край больничной рубашки и уставился на аккуратные холмики грудей. Даже потрогал их руками.

– А у тебя красивое тело, – пробормотал Филин удивленно. – Только что мне с ним делать? Хоть сдохни, надо найти свое…

Филин не верил ни в мистику, ни в переселение сознания – он был по природе скептиком.

Он осторожно выглянул в коридор. Медсестричка сидела за своим столом и что-то читала.

Филин прошлепал босыми ступнями по полу и остановился в нескольких шагах от девушки. Довольно громко прокашлялся, чтобы не напугать ее.

– Не подскажите…

И сам испугался, голос как будто тоже изменил ему – стал выше, женским, что ли.

– Зря вы встали на ноги, – медсестричка недовольно покачала головой. – Непонятно, как сотрясение еще отразится на вашем состоянии…

«Все-таки было сотрясение», – несказанно обрадовался Филин. Оказывается, не все потеряно.

– Не подскажите, – повторил он и снова удивился странностям своего голоса, – а где лежат другие пострадавшие в аварии?

– К нам привезли только вас и мужчину, – отозвалась медсестричка. – Остальных, наверное, в другие больницы. Я не в курсе. А мужчина находится в палате интенсивной терапии.

– Я могу взглянуть на него? – поинтересовался Филин и вздрогнул в очередной раз от высоты своего голоса. – Он мне жизнь спас, можно сказать.

– Да, конечно, – кивнула медсестричка. – Последняя дверь по коридору. Вас проводить?

– Нет, не надо, – покачал головой Филин и поморщился. Зря он это сделал – голова закружилась и, чтобы не упасть, пришлось схватиться рукой за стул, на котором сидела медсестричка.

Стараясь идти поближе к стене, чтобы в случае чего опереться рукой о нее, Филин поплелся в палату интенсивной терапии.

Открывшееся зрелище его не порадовало – на кровати бинтованное-перебинтованное лежало его тело без каких-либо признаков жизни.

– Вот тебе и в рубашке, – пробормотал Филин на удивление своим голосом.

Все встало на свои места – он в коме и это нормально.