Ткачиха

– Тебе тоже, дорогая, – мама посмотрела прямо на меня, – как прошёл твой день?

Так всегда начиналась стандартная пятничная беседа. Я невнятно промычала, делая вид что жую. Меня немного злила эта традиционность, однако я проявляла великодушие. К тому же я наизусть знала к чему был задан вопрос и в какое русло свернёт наша беседа, если вовремя не смолчать.

Вроде бы моя работа вполне себе ничего. Но маме не нравилось, что у меня нет амбиций и что я якобы застряла и ни к чему не стремлюсь. Она подсовывала визитки своих знакомых, знакомых своих знакомых, клиентов и просто обязанных ей чем-то людей и всякий раз многозначительно улыбалась.

Думаю, она действительно считала, что я могу претендовать на большее. Может быть это в самом деле так. Однако тут я проявила твёрдость характера: оставалась терпеливой и непреклонной. На своё нынешнее место я устроилась сама и гордилась этим.

– Мне снова приснился тот сон, – сказала я, разрезая неловкую тишину вместе с яичницей. Нужно было потихоньку сменить неприятную для меня тему и тут я откровенно схитрила.

Мамина рука замерла над тарелкой. Она подняла на меня глаза и внимательно так посмотрела, с лёгким прищуром и непонятной мне осторожностью.

– Тот самый сон? – переспросила она, откладывая вилку и нож.

– Угу, – поддакнула я, ковыряя пережаренные края яичницы. Я-то знала о чём больше всего не любит говорить моя мама, вот только, кажется, аппетит пропал у меня. А всё дело в невысказанных словах.

В последние годы мы отдалились, но мой сон преследовал меня ещё с тех времён, когда я маленькой девочкой устраивалась у мамы под боком и болтала без умолку.

На самом деле снов у меня было множество, они мелькали разноцветными пятнами, оставаясь на задворках сознания. О них я тогда почему-то не говорила, но этот сон был рассказан не раз.

Мама хмыкнула и вернулась к ужину. Нет-нет, она поглядывала на меня, ожидая какого-то продолжения. Я хорошо изучила арсенал её взглядов, полуулыбок, нахмурок.

Было видно, что она с удовольствием свернёт разговор и охотнее заговорит на нейтральные темы.

– Я тут подумала, может это осознанные сны? – упорно напирала я, не желая сдаваться.

Складка на мамином лбу обозначилась чётче, ей не понравилось куда я клоню. Она твёрдо стояла на ногах и редко включала воображение. Иногда я удивлялась, как у такой рассудительной женщины родилась совершенно фантазийная я. Развлечений как таковых она вовсе не признавала.