Непокорная добыча

Он хищно усмехнулся, и царским жестом указал, куда мне сесть. Почему-то рядом с ним.

– И не забывай внимательно следить за мной, тихоня. Так, вроде обо мне мечтала, – приказал мне гад.

Ну и память же у него. Мог и забыть дурацкие условия.

– Подойдет? – зыркнула как мечтала.

В моих мечтах, он на большой скорости уносился далеко-далеко. Могу даже приманкой вслед помахать. Счастливой дороги, царь лягушек, не поминай лихом.

– Зря тебе песни петь в условия не вставил. С твоим взглядом панихиду можно отпевать, – похвалил за старания, и припугнул: – Ну что, будешь на ланч есть мою еду?

Кирилл с Алексом сегодня заказы поменяли местами, но все те же круассаны и эклеры завалили стол.

– В условиях не было, что мне есть, – достала из рюкзака умную подготовку, – Буду есть своё, а к твоему никогда не притронусь. Никогда!

Могу даже поклясться на приманке с прищепками.

Меню у меня скромное, зато проверенное. Печенье из супермаркета, в составе перца нет.

– Я знал, что откажешься, – знать бы ещё чего хищная морда довольная, – Не передумаешь точно, Ангелина?

– Ни за что. Печенье лучше, – и в подтверждение начала грызть.

Марк обернулся назад и махнул парню в кепке. В столовке много студентов, я даже не заметила, когда вошел.

– Ваш заказ, – протянул парень с надписью курьерской службы пакет Марку, и быстро удалился.

Мы с подружками следили за пакетом. Марк достал коробку, а в ней… шоколадные пирожные. Видела такие в самой крутой кондитерской города. Дорогу-у-ущие. А выглядят как… ммм, чуть слюной не захлебнулась.

– Жуй-жуй печенье, Ангелина. Водичкой запивай, – на мою бутылку показал, – И не забывай, что ты должна глаз с меня счастливых не сводить.

Кхе-кхе, печенье застряло в горле. От счастья, наверное.

Марк поднялся.

Ой, мамочки. Тревога!!!

– Не надо меня на пол! Уже все прошло, – предупредила новую попытку напасть нахалюге прожорливому.

И вообще, мог бы и лучше пирожные предложить. Переспросить хотя бы.

Вдруг ослышался или я передумала?

Спасать никто меня не собирался, но и на место Марк не сел. Вместо того прошел вперед. Не далеко прошел, через два стола наклонился к рыжей девушке, той самой, для которой назвал меня «ничего особенного». Она даже стул опрокинула, до того обрадовалась.