Люби меня полностью

– Проверить? Как?!

– Ну не знаю… Собрать рекомендации?

– Опять спрашиваешь? Без разрешения?

Полина вздрогнула и тут же приняла исходную позу, уставившись на противоположную стену с оставшейся там фотографией.

– Никто тебе рекомендацию к мастеру не даст. У каждого мастера есть нижняя, а тебя, молодую, многие захотят обкатать.

– Можно?

– Слушаю.

– А если я изначально откажусь от садо-мазо? Например, захочу практиковать только бандажирование.

– «Только» не получится. Подчинение – сопровождающий элемент к бандажу.

– О боже, опять будут стремные фотографии?

– Обязательно. Устраиваться поудобнее я не разрешал. Сессия продолжается.

Полина задрала голову:

– Дядя Саш, а разве наказания бывают только такие? Только флагелляция – и все?

– Не все.

– Значит, я могу избегать порок?

– Значит, тебе может не понравиться другой вид наказания. Еще раз: это наказание, а не развлечение.

– А для мастера?

Я не смог сдержать ухмылки, а Полина тут же развернулась, схватив меня за коленки.

– Я же сорвала сессию? За это положено наказание?

Кивнул, разглядывая ее поблескивающие в полумраке глаза и непроизвольно перебирая в уме, как могу наказать девчонку, заменяя порку.

– Тогда накажите меня, как мастер.

Слова резонировали в пах, а не должны были. Зато на ум сразу пришло отличное решение о наказании.

– Лина, ты действительно прервала сессию, – голос звучал ниже, и проконтролировать я его не мог.

Хотя девчонка вряд ли знает симптомы моего возбуждения, значит, не уловит подтекста.

– Я накажу тебя. Открой шторы и встань передо мной лицом.

Полина с живостью подскочила и раздернула окна. Комната наполнилась ярким дневным светом и солнцем. Стена с фото побледнела, перестав транслировать заготовленный ужас. А девчонка уже прибежала обратно, излучая нетерпение.

– Это наказание, выдержать ты его должна до конца.

Полина поспешно кивнула.

– Хорошо. Я друг семьи. Но еще я мужчина. – Сделал паузу, прежде чем озвучить следующее: – Оставшееся время сессии ты будешь без одежды. Раздевайся.

– Ч-что?

– Не заставляй меня повторять и не переспрашивай. Просто выполняй.

– Я н-не могу…

– Почему?

– Ну… потому что вы – друг семьи. Вы – дядя Саша.

– В этом и суть. Раздевайся, и я объясню, в чем твое наказание.

– Черт! Я не могу!

– Раздевайся, иначе выпорю, – надавил я.