Тара. Повесть и рассказы

Ее – тоненькая, узорчатая, из ударопрочного фарфора. Пузатая обливная кружка – Андрея. Недова – из верхнего ящика, красная, с профилем Капитана Брагина.

– А как вы там, в полях, чаевничаете? – спросила Мюриель у брата.

– А как замерзнем, так и за чай, – ухмыльнулся тот и потянулся за сахаром, – да еще из фляжки в термос плеснешь, так и совсем тепло становится… Главное, не вспотеть! А то будешь как Олежек!

Мужчины вернулись к своим мужским разговорам (Мюриель окончательно потеряла нить на предположениях, как можно было оптимизировать извлечение увязшего в болотах за Валдаем гусеничного вездехода), сынишка упоенно звенел погремушками прыгалки, спицы уверенно вязали петли – Мюриель улыбнулась, вспоминая, что в первую их встречу Андрей точно так же хмурился и ерошил волосы, а Нед точно так же подпрыгивал от желания вставить слово.

…– Ну, Кит, ну дай я ему съезжу!

– А ты, Малиган, помолчи, вот как надо будет, так и съездишь, а пока мы тут разговоры разговариваем, не видишь?

– А ты вообще-то подумал, О`Доннелл, что на разговоры ввосьмером на одного не ходят?

– А ты зассыл? Зассыл уже, да, умник?

– Свои штаны проверяй, а за мои не хватайся, а то плохое подумают!

Русский мальчишка в окружении целой компании гэлов-ровесников виртуозно отругивался, с тревогой поглядывая вокруг.

– Ну, Кит, ну хватит уже, дай мне его треснуть! – взмолился Нед. Мюриели за его спиной было не видно, какую рожу скорчил Кит О`Доннелл, но Нед понурился.

– Так ты пришел разговаривать – ну разговаривай, – не вытерпел русский.

– Так у меня разговор-то к тебе простой, один вопрос, на сердце лежит и плачет – если ты такой умный, почему ты строем не ходишь? Кой черт я на всех уроках только и слышу, какой ты молодец? Ты вообще знаешь, что у нас с выскочками делают?

Русский оторопел, потом взмахнул руками.

– А тебе, если ты такой гордый, кто мешает сесть да выучить? Или хочешь, по сассанахским заветам, дураком остаться? Да и не только сам, и весь класс за собой, да? Так, не иначе?

Кит аж присел от такой наглости.

– Кто?… Кто здесь сассанах?… Ты… ты, грязный русский ушлепок!

Противник его вдруг успокоился и печально посмотрел в небо.