Тайна золотой свирели

Да, это чудовища древние и могучие, как само волшебство, и беспощадные, как породившие их стихии.

Вика зажмурилась. Она боялась даже представить этих чудовищ. А мысль о том, что с ними придётся вступить в бой, приводила девочку в ужас. Казалось невероятным, что такое может произойти. Ах, если бы они всё сделали как надо!

Дети молчали, обдумывали всё, что сказал старик.

– Сколько у нас времени? – спросил наконец Максим.

– Ровно столько, сколько осталось до дня летнего солнцестояния.

– А нельзя ли поточнее? – попросил Филипп.

– До того, как Даждьбог запряжёт золотую колесницу и отправится в самый долгий путь по небосклону, осталось семь дней.

Максим понял, что Даждьбог и солнце для этого старичка – одно и то же, но его поразило другое.

– Как семь дней? – воскликнул мальчик. – Вы хотите, чтобы мы нашли Свирель за неделю? Это нереально!

– Реальность изменчива, мой мальчик, – вздохнул его собеседник. – Да и само время, по правде сказать, тоже.

– Это вы о чём?

– Видите ли, ребятки, в нашем мире время течёт немного иначе, нежели в мире людей.

– Конечно, течёт, – уверенно сказала Вика. – Как вы можете этого не замечать? Вот хотя бы сегодняшний день: когда мы очутились здесь, было утро, а сейчас вечереет.

Старик казался удивлённым больше самой Вики.

– Понятно, что вечереет, – ответил он. – Не будет же Даждьбог гнать свою колесницу по небу целую вечность?! И ему отдыхать надо. Между нами, ревматизм старика замучил.

У Максима возникло ощущение, что его голова сейчас лопнет.

– Подождите, пожалуйста! – с чувством произнёс он. – Вы хотите сказать, что семь дней у нас и семь дней у вас – это не одно и то же?

– Вот-вот! – обрадовавшись сообразительности Максима, сказал старичок.

– Ну тогда я вообще ничего не понимаю! Как мы сможем ориентироваться во времени, если его здесь как бы нет?

– Ну отчего ж сразу нет? – Старик обиженно покачал головой.

– Значит, в любом случае через семь дней, через те семь дней, что пройдут в нашем мире… – Ваня не договорил.

– Увы! На закате седьмого дня Чернобог выпустит на волю стихии и разрушит город.

– Хорошо, хорошо! – Максиму всё было ясно. – Тогда мы не можем больше сидеть и разговаривать.