Тайна золотой свирели

Только белесоватый туман, рождённый пенистыми волнами и клочками облаков, окутывал эту бескрайнюю ширь.

Лошади стали медленно снижаться. Скоро они летели над водой. Путешественники увидели остров. Он походил на бурый холм, поросший жиденьким лесом. То там, то здесь сквозь редкий кустарник проглядывали замшелые полянки. У берегов виднелась тонкая песчаная отмель. А посреди острова стоял терем.

Серый волк устремился вниз. Он спускался всё ниже и ниже, описывая большие круги, словно бежал по невидимой лестнице.

Терем окружал высокий частокол. Волк протрусил к воротам и три раза ударил по ним железным кольцом.

– Кто пожаловал?

Детям показалось, что зычный голос раздался прямо из-под земли.

– Городские странники! – ответил Волк.

Судя по всему, ответ удовлетворил незримого стража. Ворота отворились.

– Вы должны идти одни, – сказал Волк и указал мордой в сторону терема.

– Кто здесь живёт? – поинтересовался Ваня.

– Никто.

– А чей же мы слышали голос?

– Это голос Чуда.

– Чуда? Тут, куда ни глянь, сплошные чудеса, – насмешливо бросил Максим.

Волк фыркнул, как собака, и напомнил своим подопечным, что они должны поторопиться. Ребята привязали лошадей и, оставив провожатого за воротами, вошли во двор.

– Ну так что, где эта светёлка? – Филипп, задрав голову, смотрел на терем. – Небось, на самом верху.

– Тогда пошли, что время терять? – Максим в нетерпении потёр руки.

– Говори за себя, – тихо сказала Вика. Она очень боялась высоты, и полёт на огнедышащих лошадях стал для неё настоящим испытанием.

– И чего ты всего боишься? – Максим посмотрел на неё с прищуром. – Вечно ахаешь, охаешь, ворчишь. И почему тебя вообще выбрали? Какой от тебя толк?

Вика обиженно посмотрела на него. Что за гадкий мальчишка!

– А от тебя какой толк? – выпалила она, мучительно краснея оттого, что не может быть такой же самоуверенной, как Максим, и так же легко относиться ко всему происходящему.

– А кто с тем патлатым заговорил? А в избушку кто первым вошёл?

– Ну и что? Это не считается!

– Ещё как считается! – высокомерно сказал Максим. – А вот ты всего на свете боишься! Только и делаешь, что с этим нюником возишься!

– Ты чего на неё накинулся? – удивился Филипп. – Пойдём, что ли? А то мы здесь до ночи проторчим.