Зимняя любовь

Может, удел Оли – как раз выяснять вместе с Риной степень лопоухости какого-то неизвестного одиннадцатиклассника Маркина.

– Оля? – позвал задумавшуюся девочку Женя.

– Работу по Мандельштаму? – растерянно переспросила Воробьева.

– Ну да! – отозвался Женя. – Ты знала, что Осип Эмильевич умер в ссылке от тифа, из-за морозов тело поэта вместе с остальными умершими от эпидемии целый месяц пролежало возле больницы.

– Зачем ты мне это рассказываешь? – поежилась Оля, пряча замерзший нос в шарф.

– Мне нравится бывать в этом месте, – проговорил Женя, глядя на ворчащую от ветра Неву.

Оля молчала, поглядывая на противоположный берег.

– А вообще, ты права, – негромко рассмеялся Женя. – Что я несу? Теперь ты сочтешь меня самым странным на свете и больше не будешь общаться. У меня всегда плохо обстоят дела со свиданиями.

В то время как Оля переживала, что Женя решит, будто она глупа для него, парень боялся показаться занудным.

– Так это свидание? – вспыхнула девочка.

– Вообще, тут неподалеку есть классная кофейня, но ты пришла с собакой… Прости, Нортон! – Женя улыбнулся заскучавшему сидеть на месте псу. – Но у меня есть с собой горячий шоколад в термокружке. Как знал, что понадобится.

Ребята спустились к воде. Молча уставились на реку, в которую продолжал падать сырой осенний снег.

– Если бы я узнала, что кто-то сжег сочинения, тоже бы рассказала о случившемся учителям, – негромко проговорила Оля.

– Вот как? – с интересом покосился на Воробьеву Женя.

– Да! Я – за честность! – высокопарно произнесла Оля, шмыгнув носом. – Хулиганы должны понести наказание.

– И ты не считаешь это стукачеством?

Оля дернула плечом.

– Н-нет!

– А если ты с этими людьми учишься с первого класса и вы считаетесь лучшими друзьями?

– Ты дружил с Вадиком? – ахнула Оля.

– С Егором, – глухо отозвался Женя. – С детского сада.

– Ой! – произнесла Оля.

Нортон, почуяв замешательство хозяйки, обеспокоенно заелозил.

– Откуда ты узнала об этой истории? – спросил Женя.

– Девчонки рассказали, – призналась Оля. – Я и у Рины спрашивала…

– У Рины, значит, – кивнул Женя. Как показалось Оле, голос парня тут же изменился.