Самая белая ночь

Кстати, я решила не рассказывать Варе, что сегодня наш сосед довез меня до дома – боялась, что Мечетина приревнует и рассердится. Но новость, что она вдруг влюбилась, немного удивила. Когда успела-то? В универ ездила экзамен сдавать, а потом собиралась к родителям…

– Мы познакомились пару дней назад, – сказала Варя, наконец пройдя к столу. Она будто прочитала мои мысли. Эта ее способность иногда меня пугала. – Мальчик приезжий и очень классный. Хочу ему город показать.

– Здорово, – откликнулась я. Интересный приезжий мальчик меня пока не волновал.

Варя критически осмотрела дымящееся содержимое тарелки.

– Пахнет норм, – снова сказала она.

– Интересно, как на вкус? – негромко спросила я.

– Предлагаю это испробовать, – важно предложила Варя. – Начинаем дегустацию.

Мы молча уселись за стол. Вечернее небо за окном полыхнуло багровым, но было еще светло. Варя не стала включать свет, а зажгла свечи.

Мы взялись за вилки. Пробовать пасту было страшно, но деваться некуда… Я первой поднесла вилку ко рту. Макароны получились жутко разваренными, а еще пересоленными. Пережаренный бекон неприятно хрустнул на зубах.

– Кажется, влюбилась не я одна, – подколола меня Варя, тоже попробовав пасту.

– Да, кажется, – отозвалась я, решив, что про Назара точно не стоит говорить. Вдруг моя соседка верит во всякие такие глупости.

Мне хватило и одной вилки, чтобы понять: моя паста – жуткая и несъедобная. Варя же, чтобы меня приободрить, снова намотала на вилку огромное количество макарон.

– Все не так уж плохо, – кисло улыбнулась она.

И, к моему изумлению, запихнула пасту в рот. Спагетти были длинными, и Варя никак не могла их прожевать. Они тянулись и тянулись, а Варя жевала и жевала, да так медленно, что смотреть на это со стороны было настоящим мучением.

– Так! Хватит! – не выдержала я. Вышла из-за стола и схватила с полки наши кухонные ножницы. Подошла к Варе и принялась отрезать лишние макароны. Глаза у моей соседки расширились от удивления. Наконец прожевав, Варя сделала большой глоток воды и выдохнула.

– Ух, солененько…

– Прости, – виновато сказала я, – столько продуктов перевела. Вот идиотка.