Только попробуй уйти

– И где эта дача? – нахмурилась я.

– Где-то в области.

– И надолго мы туда? – продолжала я допрос.

– Отец сказал, до конца лета.

– Зашибись! – процедила я сквозь зубы.

В этот момент мы услышали, как отец открывает ключом входную дверь. Втроем тут же кинулись в просторный коридор. Пуговка первая налетела с дружескими «объятиями» на папу.

– На вокзале был, билеты покупал, – счастливо сообщил отец.

– Туда еще и на поезде ехать? – удивилась я.

– Мить, ты ей все рассказал? – посмотрел на брата отец.

 – Саш, туда мы поедем на электричке!

Он произнес это так торжественно, что мы с Митей удивленно переглянулись.

– Что может быть лучше первой пустой электрички? – продолжил папа.

– Я бы тебе перечислила, – начала язвительно я, – но, боюсь, мы тут в коридоре до утра задержимся…

– Ты сказал, что электричка первая? – бесцеремонно перебил меня Митька. – Значит, мы с самого утра поедем?

– Именно, – довольно кивнул отец. – В пять тридцать.

Я простонала.

Что это еще за новости такие? Какая дача? Какая электричка? Какие, черт возьми, пять тридцать?

Отец разулся и направился на кухню. Мы тут же увязались за ним.

– Пап, а я в Турцию хотела, – пропыхтела я, глядя в спину брату, который шел передо мной. Отец резко остановился. Митька тут же врезался в него, а я – в Митьку.

– Турция? – как-то отрешенно отозвался отец. – Нет-нет, не может быть и речи. Тебе только восемнадцать.

– Девятнадцать в августе, – подала я голос.

– Ох, велика птица! – Отец, покачав головой, продолжил путь на кухню. – Что б мы тут с Митей места себе не находили?

Митька хмыкнул. Ну да. Он, конечно, ночами спать не будет из-за волнения.

– Но, папа! – возмущалась я. – Девчонки едут. По горящим путевкам. Сдачу сессии отметить хотели…

– А мы и отметим, – кивнул отец. – В Николаевке.

– Супер! А там есть Средиземное море? – буркнула я.

– Нет. Но там есть превосходная речка. А какие ерши… – Отец мечтательно вздохнул.

Мне стало стыдно. У человека впервые за несколько лет отпуск… Он так любит рыбалку. Хотя почему из-за этого мы теперь должны страдать? Нам-то какое дело до ершей?

– Николаевка – это деревня? – решил уточнить Митя.

– Частично, – уклончиво ответил отец.

– Это как? – хором спросили мы.

– С одной стороны, деревня, с другой – дачный поселок.

– Значит, там есть цивилизация? – с надеждой спросила я.

– А то как же, – довольно ответил отец.