Любовь под напряжением

Снова убрала трубку от уха и злобно прорычала, глядя в глаза наглому попрошайке:

– За «тетеньку» не нужно было тебе и этого давать! А теперь ноги в руки и топай отсюда, понял?

Затем с самым невозмутимым видом вернулась к телефонному разговору с подругой:

– Ты за этот год переезжаешь уже в третий раз! Утомила, Зло!

– На кухне тараканы! – принялась жаловаться Валя. – Эту плиту несчастную на кухне только я мою! А самое главное, что мой сосед…

– Ладно! Помогу я тебе в пятницу! – перебила я. Точно так же, как Валя не любила мое перемывание косточек, я не желала слушать очередную жалобу подруги на жизнь… – Но с тебя, Валюш, конспекты по уголовному праву! Принесешь вечером?

– Сегодня? – ахнула Валя.

– Ну а когда еще, Валентина? – вздохнула я.

Сообразила, что давненько меня никто за рукав не дергал… А обернувшись, обнаружила целую ватагу беспризорников.

– Вот она! – хрипло выкрикнул наглый пацан, ткнув в меня пальцем.

Я уставилась на попрошайку. Губы плотно сжаты, ноздри раздуваются, и майский ветер треплет взлохмаченные темные волосы… Стоим друг напротив друга, как ковбои в старых вестернах…

– Лови ее! – заорал пацан.

– Что? – возмутилась я. – Вы чего удумали, балбесы?

Но балбесы уже пошли в наступление. Я резко развернулась и, звонко стуча шпильками, побежала прочь от метро. «Жадина!» – самое приличное, что доносилось мне в спину. В трубке продолжала мямлить Валюша:

– Лер, у меня там в одном конспекте кое-что недописано! За пятнадцатое число, где про виды наказаний, предусмотренных для несовершеннолетних…

– Потом, Зло, потом! Жду тебя вечером! – прохрипела я на бегу, сбрасывая вызов.

Успела перебежать проспект на мигающий зеленый. Кто-то из подростков кинулся следом, но его тут же остановил пронзительный нервный сигнал.

– Ага! – злорадно выкрикнула я, выглядывая своих преследователей сквозь летящие в обе стороны машины. Первый раз в жизни радовалась, что на этом светофоре «красный» для пешеходов горит целых 140 секунд.

Подростки скакали на противоположной стороне и что-то выкрикивали.

Из-за шороха шин я не могла разобрать, что именно, но наверняка это были не очень лестные слова в мой адрес. Мне же захотелось станцевать победный танец на глазах у многочисленных прохожих, столпившихся возле светофора. Однако вместо этого я лишь сердито буркнула себе под нос:

– Ненавижу детей!

Поправила на плече лямку черной сумочки, одернула подол клетчатого пиджака и быстрым шагом направилась по оживленному проспекту.