Волчьи игры. Раунд 2

Светлое помещение с огромными окнами, за которыми виднелся внутренний дворик с фонтаном по центру, сверкало кристальной чистотой, а в воздухе витал запах медикаментов, разбавленный нашими личными ароматами и ещё одним – неизвестным. И в то же время не совсем неизвестным. Глубоко внутри что-то будто отозвалось, стоило различить этот запах. Некое врожденное узнавание. А уж когда сидящий на операционном столе темноволосый оборотень обернулся, вовсе как под дых ударили. Настолько неожиданным оказалось увидеть то, как на тебя смотришь ты, но только в мужском обличье.

– Знакомься, Ярослава. Это Кайл, – представил его любимый. – Твой единоутробный брат, – пояснил очевидное. – И такой же упрямый и упёртый, как ты. Хотя нет, эта версия тебя ещё хуже, – проворчал. – Теперь ты позволишь тебе помочь? – обратился к третьему из присутствующих.

Тот его словно и не слышал. Как и я, в полнейшем недоумении, разглядывая своеобразную копию себя.

Нет, это же надо…

Как похожи.

Так бывает вообще?

Нет, я не про существование близнецов в целом имею ввиду.

Откуда он взялся?!

Спустя двадцать лет моей жизни…

Нашей.

– А с чем ему помогать надо? – уточнила я.

Вроде как не умирал, кровью не истекал, все конечности целы.

Что тогда?

– Скажем так, там, где он жил до этого, вели строгий учёт всем участникам. Настолько строгий, что, помимо маячка, некоторым, особенно ценным, вживляли чипы контроля. Нужно его вынуть.

Там, где он жил…

Где?

Особо ценным…

Тоже обладает альфа-геном?

А ощущался, как гамма…

Даже слабее меня.

Уж не из-за названного ли чипа?

Контроля…

Так ведь он сказал?

И если я не ослышалась, то, выходило…

Лаборатории!

То, от чего меня спас Ринат Айдаров, выкрав меня в младенчестве от моих мёртвых родителей, присвоив себе.

Выходит, моему близнецу не так повезло в этой жизни.

Лунная! У меня в самом деле есть близнец.

Почему-то только сейчас, спустя минуту, я, наконец, смогла начать осознавать этот факт.

Слишком странно ощущалось…

Соответственно:

– Если хочешь жить, позволишь, – вспомнила о том, что изначально говорил Ян, адресуя тому, кому до сих пор смотрела в зелёные, как и у меня, глаза.

До этого момента хранящий молчание новообретённый родственник остался себе верен. Опять промолчал. Лишь едва уловимо скривился, сосредоточившись уже не на мне. И молчал он долго. Очевидно, Ян и на этот раз оказался прав, припомнив моё упрямство, как схожесть находящегося напротив.