Под тем же солнцем

Стайка девушек окружила кафедру, заглядывая в глаза лектору и тщательно формулируя нежными голосами возникшие по ходу лекции вопросы. Ярослав терпеливо ответил на все, спокойно глядя в озеро карих, голубых, серых и зеленых глаз. Студентки напоминали стадо молодых оленят. Многие бы, наверняка, позавидовали молодому преподавателю: стоят перед тобой с десяток Бемби, все как на подбор, смотрят лучистыми глазами в душу. Увы, Ярослава томными очами было не пронять, в силу характера в наивность и чистоту помыслов он верил с большим трудом.

– Ярослав Димитриевич, вопрос технического плана, относительно выбора жертвы. Как вы говорили, если не было пленных, а обычай требовал именно человеческой крови, избирался кто-то из общины. Но это же полная дикость, неужели они добровольно соглашались на роль жертвы? Индейцы имели склонность к суициду?

– Разумеется, нет. Инстинкт самосохранения у индейцев был развит значительно сильнее, чем, скажем, у современного человека. «Доброволец» в данном случае понятие относительное.

Избранного юношу или девушку в зависимости от того, какому богу было посвящено празднование, помещали в специально отведенные апартаменты, назовем их так, где он и проводил около двух месяцев до жертвоприношения. А чтобы он не передумал быть «добровольцем» и не поколебался в своей вере, его тщательно охраняли, вплоть до самого конца. Кроме того, использовались различные одурманивающие средства, наркотического действия.

– И никого это не возмущало? Неужели всю общину устраивал тот факт, что в любой момент на алтарь могут возложить их дочь, сына, жену, брата?.

.

– В основном это устраивало высшую касту, в страхе проще управлять людьми. Кровь нужна была людям, не богам. Больше крови, сильнее страх и, соответственно, больше власти.

– Значит, все-таки кто-то пытался бороться с устоявшимися традициями?

Ярослав усмехнулся.

– Конечно. Были и «революционеры». Известны случаи, когда от общины отделялись инакомыслящие и уходили в поисках другой земли, где основывали новые поселения и даже города с принципиально иным укладом.

Наконец, круг из девчонок распался, и они неохотно потянулись к выходу. Ярослав привычно сделал вид, что не замечает украдкой посылаемых знаков и томных вздохов. На сегодня он был свободен. Ярослав зашел в деканат, перекинулся парой слов с научным секретарем и, сверив расписание, покинул здание университета.