Кая. Зов Пустоши

Сидевший в кресле молодой мужчина аккуратно поднялся, подошел ко мне, легко поклонился и подал руку. Я старательно смутилась и положила чуть дрожащую ладонь на его локоть, позволяя проводить меня к мягкому стульчику.

В гостиной находились четыре человека, включая моего отца. Двое мужчин постарше, им было где-то около шестидесяти, они сидели слева от меня в удобных глубоких креслах. Отец расслабленно расположился на стуле, внешний вид которого напоминал трон. А напротив присел столь учтивый молодой человек.

Отец прокашлялся, я заметила, что он прикрывает рот ладонью, а мизинец странно согнут. Это был охотничий знак, он говорил: будь сосредоточена, здесь опасно.

– Кая, как ты себя чувствуешь? – стандартный вежливый вопрос, предполагающий такой же вежливо стандартный ответ, но я отвечаю иначе.

– Мне несколько лучше, батюшка, но все еще чувствую слабость, – зябко потерла руками, абсолютно ненавязчиво указывая ладошкой сначала влево, а потом обе ладошки прямо.

Отец расстроено покачал головой.

– Я сожалею, что мы тревожим тебя, когда ты столь слаба, но сегодня тебе нужно принять важное решение, – он естественно развел руками, как бы указывая прямо, а для меня значит налево.

Двое мужчин, видимо, опаснее молодого.

Отец, будто спохватившись, хлопнул себя рукой по бедру.

– Благородные сеньоры, прошу прошения, что так бессовестно попрал этикет!

Я прикрыла глаза, чтобы откровенный смех не читался.

– Позвольте представить вам мою единственную дочь, юную княжну Северного княжества, миледи Каю Легардскую, – отец плавным жестом указал на меня рукой. Хотя взгляды всех присутствующих и так были сосредоточенны на мне. По правилам этикета мне положено сделать реверанс, но я уже сидела и вроде как чувствовала себя плохо, а потому ограничилась степенным кивком головы и скромной улыбкой.

– Кая, рад тебе представить послов наших глубокоуважаемых соседей, княжества Великих Болот, – он указал рукой на ближайшего ко мне мужчину.

– Безмерно рада, господа, – проговорил еле слышным голоском и вежливо улыбнулась, впрочем, руки для поцелуев не подала. Мужчины важно кивнули, подтверждая, что, мол, тоже рады, но взгляд их цепких глаз мне совершенно не нравился.