Столкновение

Вот только даже по истечении пары минут, которые я трачу на возню с профессиональным агрегатом, Тимур не считает нужным подтверждать мой вопрос, граничащий с надеждой. Наоборот.

– Ужин не окончен. Ты забыла про десерт, – шепчет он мне на ухо, в который раз за этот вечер оказываясь за моей спиной.

Но и это еще не все!

Я и с ответом не успеваю найтись, а на мои глаза ложится плотная, по ощущениям шелковая, повязка. Возможно, его галстук.

Закономерно вздрагиваю. И тут же замираю, когда слышу тихое с вкрадчивыми нотами:

– Не паникуй, золотце.

Наш договор все еще в силе. Я помню о нем. И я не сделаю ничего из того, чего бы не захотела ты сама.

Глава 6

На моем затылке затягивается узел. Плотно. Лишая света. Зрения. До предела раскаляя ощущение собственной уязвимости. Рядом с этим мужчиной я снова чувствую себя абсолютно беззащитной, фактически голой. Наличие одежды здесь совершенно ни при чем. Никто и никогда не распоряжался мною с такой непоколебимой уверенностью, будто знал меня намного лучше меня самой.

Всю меня. Эмоции. Страхи. Желания. Умело манипулируя. С легкостью превращая одно в другое. Так, как нужно ему самому. И этот его взгляд… Даже сейчас, пребывая в кромешной темноте, все равно чувствую, как он смотрит. Жадно. Голодно. Будто в самом деле собирается съесть. Подавляюще. И вместе с тем… настолько будоражаще, что голова идет кругом, а по венам разливается тепло только от одной мысли об этом.

– Если хочешь, возьму тебя за руку, чтобы ты не споткнулась, пока мы идем, – заговаривает вновь Смоленский.

Попросить – равнозначно сдаться. А грань накрывающего меня безумия еще не достигла того предела, где я могла бы признать собственную слабость. Вот и отказываюсь, отрицательно покачав головой, попутно поражаясь собственной храбрости. Я ж точно голову себе расшибу или шею сломаю, если запнусь хотя бы раз на этих здоровенных каблуках.

Хорошо, о последнем задумываюсь не я одна.

Не улавливаю его перемещение. Аромат терпкого парфюма до сих пор пропитывает мои легкие, словно мужчина все еще находится в непосредственной близости.

Но…

– Правую ножку приподними, – звучит не иначе как приказом.

Наверное, я чересчур заинтригована. А быть может, мне начинает нравиться эта странная игра, где каждое последующее мгновение – полнейшая неизвестность. Потому что я подчиняюсь. И не особо скрываю заигравшей на губах улыбки, когда понимаю, что с меня предусмотрительно стянули туфлю.

– Теперь левую, золотце.