Лига лжецов

Где сейчас был этот информатор? Погиб ли он в огне или был где-то там – счастливый, что Лета взяла на себя вину за преступление?

Это может помочь нашему делу. Нам не нужно было бы доказывать невиновность Леты, нужно было бы лишь обосновать, что существуют обоснованные сомнения в том, что следы эха не являются следствием поджога. Информатор мог быть той самой причиной.

– Кайдер. – Нарена положила свою ладонь на мою. – Ты дрожишь. Ты сегодня что-нибудь ел?

Я провел руками по волосам.

– Не могу есть. Я даже не могу ясно мыслить.

Она нежно улыбнулась мне.

– Пища всегда помогает. – Она схватила сумку и потянула меня за руку. – Идем.

– Но твоя работа…

– Отец поймет.

* * *

Нарена отвела меня в расположенный недалеко от библиотеки мейранский ресторан. Она утверждала, что там было не настолько вкусней по сравнению со стряпней ее матери, но здесь подавали отличное рыбное жаркое. Мне трудно было оценить блюдо по достоинству: я не попробовал ни одного кусочка, мои мысли блуждали где-то далеко.

Но Нарена отказывалась что-либо рассказывать, пока я не доел свою порцию.

У Нарены была привычка подбирать раненых животных и вылечивать их. Кролик со сломанной ногой, мышь, попавшая в мышеловку. Иногда я задавался вопросом: она продолжала дружить со мной после моего возвращения из исправительной школы лишь из-за того, что тоже считала, что мне нужна помощь?

Сломленным.

После этого мы направились в студенческий паб под названием «Эхо отрыжки», расположенный за углом возле юридической школы Телина.

Старое узкое трехэтажное здание находилось между двумя заброшенными витринами, в окнах которых висели выцветшие вывески «сдается». Если вы не занимались изготовлением огней или предоставлением ценных ресурсов – таких как еда, ваш бизнес был обречен на провал. И большая часть налогов Телина шла в пользу Регентства.

Нарена купила три тоника из торлу – два для меня. Она балансировала ими в руках, пока мы поднимались на верхний этаж. Паб выжил лишь за счет жаждущих студентов и частенько обслуживал несовершеннолетних.

Потолок паба прогнивал, лестничные пролеты шатались, но было в этом что-то по-своему притягательное. Напоминание об ушедшей эпохе, когда времена были проще, а слово «эдем» никто и никогда не слышал.

– Пей, – сказала подруга, поставив передо мной два стакана. – Это успокоит твои нервы.

Обычно я не был любителем алкоголя, но суровый взгляд Нарены не позволил мне усомниться в ее методах. Я сделал глоток.