Исчезающая в бездне

Мама, конечно, очень его любила, но постоянно ругала за то, что он их оставил. Она не могла понять, почему он хочет работать на Палиндромене. И не разделяла его мечты о том, чтобы залечить раны и вернуться на рыбацкое судно. Она считала, что семья важнее всего.

– Справишься, дружище? – спросил Рэй.

Сначала я хотел рассказать ему о странном поведении Темпесты, но решил все же не беспокоить его понапрасну. Скорее всего, я просто слишком серьезно все воспринимаю. Я же не знаю эту девушку, и что для нее является странным, а что нормой.

– Справлюсь, – ответил я.

Глава десятая

Темпеста

Понедельник, 12:45

Нет, нет, нет, нет, нет! Элизия не должна узнать правду! Я слишком многим пожертвовала, чтобы оказаться здесь! С ее оживления прошло менее часа.

Я слегка отстранилась от нее, вспоминая тот день, когда она утонула. Мне казалось, что это было вчера. Уполномоченные с Эквинокса постучали в мою дверь и сообщили о ее смерти, их лица были печальны, но я не увидела на них удивления.

Чем меньше оставалось неисследованных глубин, тем чаще люди шли на риск. Некоторые хотели улучшить свою жизнь, отправившись на другой риф. Остальные пересекали Бескрайнее море, надеясь найти новые подводные объекты, и больше их никогда не видели. Скорее всего, они закончили жизнь в брюхе морского чудища, а их кости застряли у него в зубах.

Спустя минуту я вспомнила, что Элизия спросила, какое сегодня число.

– Двадцать дней с прилива при полнолунии, – ответила я, глазом не моргнув, поскольку вчера Палиндромена предоставила мне всю нужную информацию, когда я заполняла документы.

 – Ты пробыла в коме два дня.

Она схватила меня за руку:

– Ты погружалась на дно? – Ее глаза внимательно смотрели на меня, но зачем? Она поверила мне? – Пока я была без сознания?

Я кивнула, хотя в душе все трепетало:

– Адрей передает тебе привет.

Она слегка улыбнулась и откинулась на подушки:

– Я не хочу с тобой ссориться, Темпе, – сказала она усталым голосом.

– Да, я тоже. – Для нее я по-прежнему была любящей пятнадцатилетней сестрой. Но за прошедшие с ее смерти два года столько всего произошло. Во мне начал закипать гнев.

Однако я не должна ее спугнуть. Я поторопилась, произнеся те грубые слова. Теперь нужно убедить ее, что на самом деле все в порядке.

Я должна справиться.

Я придвинулась к ней поближе:

– Как ты себя чувствуешь?

Сказав это, я вдруг поняла, что с этого надо было начать.