Сердце дракона

Очевидно, делиться хорошим настроением было некому и не с кем.

Этери – и та выглядела неважно, хотя горделиво держала величественную осанку и сохраняла стойкую невозмутимость. До поры до времени. Стоило мне попытаться усесться на привычный стул, как она тихонько шикнула на меня, коротким кивком указав на другое место. Может быть, она бы пояснила подробнее, но в столовую вошёл отец, в компании господина наместника. После стандартного обмена любезностями, предполагающими вежливость и всё такое, последнему как раз досталось то самое место, куда мне было велено не садиться.

А вот дальше начались небольшие странности. На первый взгляд всё выглядело, как всегда. Завтрак подавался с общих блюд, но раскладывался по тарелкам с определённой закономерностью – эрранцу почему-то всегда только с верхней правой части. А уж то, с каким «обожанием» при этом смотрели помощницы кухарок на господина надзирателя… то есть наместника…

– Какое наказание в Ордмере положено за отравление мужчины высокопоставленного ранга? – внезапно поинтересовался Сарп Эрран Сагитари.

В сумрачном взгляде царила лёгкая задумчивость, пока он изучал теоретически съедобное содержимое перед собой.

– Отравление? – едва не подавился приступивший к трапезе родитель.

Вновь выстроившаяся по правую сторону от стола прислуга дружненько принялась изучать каменный орнамент под ногами с особой тщательностью. Их-то князь и одарил проницательно давящим вниманием своей персоны.

– Какое отравление? Помилуйте, княже, – поспешила откреститься от всяческих обвинений главная кухарка.

И вот тут я поняла, что кое-кому очень нужна помощь…

– А что, великий суровый наместник Эррана опасается несварения желудка? – перетянула я внимание на себя.

Судя по тому, как этот самый наместник на меня посмотрел, только что пожелал несварение желудка мне самой.

– Если вы в ордмерском гостеприимстве сомневаетесь, я могла бы предложить вам свою порцию, которую успела попробовать, дабы удостовериться в безопасности её вкусовых качеств, – продолжила показательно любезно. – Но вы же всё равно откажетесь, – улыбнулась до того сахарно и ласково, что у самой зубы от приторности чуть не свело.