Его вкусняшка

Амири нарядились в свои лучшие одежды и украшения, чтобы не упасть в грязь лицом перед шеннари, и выглядели очень достойно. Впрочем, как и мы.

Ну, войны амири с нами явно не хотят, но догадывались ли они, зачем я с подданными к ним явился?

Я сразу и не понял, потому что Камила в зале была, как и все ее братья. А поскольку наследный принц там один, остальные могли бы не приходить.

Но сидели и меня ждали. И на меня смотрели внимательно и спокойно.

Не так, как эта рыжая нахалка.

Камила, принцесса амири, вроде бы находилась в зале, одетая в шикарное алое платье с большим и очень нескромным вырезом.

Я ни одного ее взгляда не поймал. Ни робкого, ни дерзкого, ни равнодушного – просто никакого.

Нагло я, естественно, не пялился, так не положено, но боковым зрением отметил: великолепная, ослепительно красивая рыжая сучка намеренно меня игнорирует.

Взгляда ей даже жалко.

Ничего. Посмотрю, как она будет извиваться и скулить от ужаса, когда увидит все, что я для нее приготовил.

Мои вены уже пропитались ядом, а ее тихое сопротивление лишь подписывало Камиле жесткие приговоры один за другим.

Я не отпущу ее.

Я женюсь на ней ради политической выгоды.

Но Камила из амири за все ответит.

За то, что меня завела. За то, что вообразила себя хитрой интриганкой, способной со мной тягаться.

Эта ночь расставит все по местам. Последующие дни и ночи тоже.

Король амири сказал мне, что его дочь якобы «подумает».

Ну что ж, такие слова даже облегчали мне задачу.

«Подумает» – это обычно «да», девушки ведь любят для приличия и для интриги поломаться.

А Камила на меня так и не посмотрела, пока ее отец со мной беседовал. Сидела гордая, как изваяние.

Я наплевал на все. Не сдержался. Поза ее равнодушно-горделивая меня задела, наверное.

При всех послал Камиле мысленный приказ посмотреть на меня.

Передавил, мог быть обнаружен, но каяться не собирался.

Длинные густые ресницы Камилы дрогнули. Зеленые глаза испуганно заглянули мне прямо в душу.

Клянусь, принцесса побелела несмотря на то, что как все рыжие, она и так на редкость белокожая.

А я удовлетворенно улыбнулся про себя: ты еще не знаешь ужас, вкусная. Но ты его узнаешь.

А я спросил у короля амири, сколько его дочь собирается думать. Король немного замялся, не ожидал от меня такой «непонятливости». Думал сразу и сплавить меня прочь порталом.