Его вкусняшка

Мяса не ешь, веселящие настойки не пей, травы не кури, к врагам будь милостив.

Я же долго не вынесу: прибью несчастную.

И хотя я понимаю, что покладистость не то, что стоит ждать от рыжих, я настолько запал на внешность и какую-то неуловимо притягательную пылкость Камилы, что решил дать девице шанс.

Прокрался мимо обеденного стола за пышную занавеску и сел на широкий прочный подоконник подслушивать.

Неплохой подоконник, кстати. Для секса удобный.

Выяснилось, что на служанок Камила не орет. Да и не откровенничает с ними – хорошее качество для королевы, которая всегда окружена чужими.

Но не зря же я отвлекся от дел и влез в ее покои! Я активно стал внушать принцессе амири мысль позвать каких-нибудь болтливых подружек, раз со служанками она не секретничает, и… поговорить о мужчинах.

А еще лучше пусть девицы поболтают обо мне. Интересно же, что у амири обо мне неофициально думают.

В конце концов мое терпение принесло плоды. Служанки унесли посуду, Камила перешла в гостиную – мне тоже пришлось сменить подоконник и укрыться очередной пышной цветастой занавеской – и к моей почти-невесте явились какие-то девицы с целью вместе вышивать.

Есть в ней порода. Правда, чем больше я смотрел на вызывающе огненные волосы, тем сильнее хотелось намотать их на кулак и жестко вдалбливаться в Камилу сзади.

Так, чтобы она прогнулась в пояснице и вскрикивала от каждого удара.

Я изучал красивое лицо Камилы с пухлыми розовыми губами, и сам не понимал, что в ней так раздражает и притягивает меня одновременно.

Девица как девица, разве что глаза больно хитрые, но для меня сам ее вид стал, как вызов.

Я еще не осознавал, за что, но мне все больше хотелось Камилу наказать.

За гордость, за дерзкий разлет бровей, за непокорное своеволие, которое я чутьем чуял.

Сидел, как идиот, на подоконнике уже пару часов. Как приклеенный одержимый пялился, а уйти не мог.

Эта девица вошла в мысли, точно заноза. Надо бы ее выдернуть, но жалко даже отвернуться, чтобы что-то важное не пропустить.

Я смотрел, как Камила ловко управляется с вышивкой, слушал бесполезные сплетни о не знакомых мне раздражающих эльфах и настойчиво продолжал внушать ей мысли обо мне.