Мистика

Она ходила по улицам и видела массивные каменные дома, внутри них никого не было, она могла спокойно заходить внутрь и искать все, что ей нужно.

На Рынке Желтых Шариков было много мерцающих огней, придающих яркость улице. Они то гасли, то начинали мигать, как будто здесь все оставили так же, как оно и было, когда что-то произошло, не успев даже отключить. Мэри проходила около многочисленных зданий, все они отличались от зданий на других улицах способом постройки и стилем, что-то между готикой и барокко, из-за которых улица казалась еще нарядней и величественнее на фоне остальных.

Одно здание привлекло внимание Мэри тем, что оно отличалось от своих соседей. Это здание находилось за высокой оградой, ворота которой были заперты, хотя ко всем остальным вход было прямо с улицы. Здание выглядело устрашающе, оно было самым некрасивым из всех стоящих, и даже Мэри внушало ужас. Она еще не знала, что это за место, но знала, что обязательно посетит его позже. Мэри продолжала идти и искала того, кто может ей помочь с лекарством, но здесь совсем никого не было.

Клан убийц, который уже считал Мэри принадлежащей к ним, тоже любил делать вылазки в город, по заброшенным местам. Но цели у него были чаще отличные от целей Мэри, они просто обворовывали заброшенные дома и кварталы, присваивали себе все, что когда-то принадлежало другим людям. То же было намечено и на сегодня. Весь клан собрался на Fardare-street. Дэл озвучивал им план действий:

– Мы должны отыскать тайные сокровища этой улицы.

Вид его был крайне деятельный, он считал, что каждый его шаг и мысль, заставляющая делать этот шаг, верны и беспрекословно должны исполняться всем кланом. Он заработал себе авторитет тем, что делал всегда все раньше остальным, все, что остальные боялись сделать, внушая и себе и всем остальным, что он самый бесстрашный.

– Ну что, никому не страшно? – сказал он, с ухмылкой.

Никто не ответил. Убийцы, молча, отправились осматривать улицу.

Было уже совсем холодно, старые дома угнетали, не только своей ветхостью, но и своим постоянным одиночеством. Слабое освещение луны не давало полностью рассмотреть их потерявшие надежду на продолжение жизни, мрачные очертания. Камни под ногами мешали идти.