От любви

 – Отыграться за то, что она унизила тебя?

Я устремил взгляд в пространство и понял, что не могу ответить брату. Настолько твердо, чтобы он поверил.

– Я поклялся перед Всевышним, – признался я, в конце концов. Но он наверняка решил, что я лишь предлог придумал. Однако на моих глазах буквально свершилось чудо. – Она могла не проснуться никогда. Никогда! Ты можешь представить, какой страх душил меня, раз я дал такое обещание?! И когда Мариям очнулась… Я понял, что не отступлю от своего слова.

– А ну-ка притормози, парень! – внезапно велел Амран с подозрением. – Насколько мне известно, когда девчонка очнулась – никого не вспомнила. Тебя, полагаю, она тоже не узнает! – Да, без последствий не обошлось. Своим молчанием я дал ему ответ. – Какого черта, Адам? Это лучший вариант разорвать все связи из всех возможных! Так что ты делаешь?!

– Мне плевать! – рыкнул я, больше не желая терпеть нравоучений. – Мариям – моя жена, и она поедет в мой дом, как только я вернусь в город! Тебе придется с этим смириться.

Старший брат недоуменно покачал головой.

– Ты совершаешь большую ошибку.

Я долго не отвечал. Мнение Амрана не могло меня не волновать, но и отступать я не собирался. Выбор был сделан.

– Поживем – увидим.

Глава 3

Мариям

Гардероб, который показала мне Луиза, действительно оказался богат и разнообразен. Небольшое, но грамотно обустроенное помещение примыкало прямо к спальне. Однако я лишь обвела его напряженным взглядом и упрямо прошла к своим сумкам, в которых лежала пусть и простая, но знакомая мне одежда.

Вообще максимально демонстрировала отчужденность и нежелание контактировать, но женщина будто не замечала этого. Она даже не дала мне самой переодеться. Несмотря на мой протест, контролировала весь процесс, еще и вмешалась, когда я снимала футболку.

Именно тогда стало ясно, что Луиза хорошо осведомлена насчет меня. В аварии мое плечо было сильно повреждено, из-за чего я до сих пор не могла поднимать руку без боли.

Поэтому с переодеванием дела обстояли не совсем хорошо. Однако я упрямо не хотела принимать никакой помощи. Все, что мне было нужно – остаться наедине с собой и переварить хоть немного то, что происходит.

Но рассчитывать на это не приходилось.

Нянька-Луиза не отходила от меня ни на шаг и непреклонно следовала какому-то только ей известному расписанию.