От ненависти

Настороженно оглядевшись, ринулась к стеллажу, чтобы вернуть книгу на место, но было слишком поздно. Шаги уже были прямо возле двери, послышались мужские голоса, и я заметалась в растерянности, понимая, что в библиотеку вот-вот зайдут!

В последний момент, когда глаза уже ослепил свет большой люстры, я добралась до большого массивного стола у стены и заползла прямо под него, забилась в самый угол, дрожащими руками удерживая книгу.

– Иди за мной, мой друг! – раздался дружелюбный голос Валида Эмировича и сердце ухнуло в пятки.

Стол был достаточно широкий, к тому же меня прятал задвинутый деревянный стул со спинкой, но все равно казалось я как на ладони! Особенно когда ноги, облаченные в дорогие брюки, пронеслись мимо. Но выдохнуть я не успела – спустя всего мгновения прямо напротив меня остановились еще одни ноги. Так близко к столу, что я разглядела начищенную кожу ботинок!

– Валид Эмирович, вы что это задумали? – беззлобно поинтересовался Амран, и я вся покрылась испариной.

Осознание его присутствия напугало меня больше, чем присутствие самого хозяина дома! Господи, пожалуйста… Сделай меня невидимой, прошу! Только бы не заметили…

– Вот, – наконец отозвался Валид Эмирович. – Как от сердца отрываю, Амран. Если откажешь – не прощу.

Я вздрогнула, услышав как сверху, что-то глухо стукнуло. Теперь они оба стояли возле стола, Боже…

– Мое первое сокровище в библиотеке, сынок. И она теперь твоя. – Расширив глаза, я впала в ужас, когда стул, служащий мне укрытием, внезапно отъехал.

Амран медлил. А я за эти мгновения пережила маленькую смерть. Как во сне увидела, что он все-таки занял стул, и рывком придвинулся ближе к столу.

Сердце подпрыгнуло к горлу. Ноги в дорогих стильных брюках оказались практически в сантиметрах от меня! Да, что говорить – ботинок Амрана наступал на мою юбку, так что одно лишнее движение могло в любой момент разоблачить мое присутствие.

Через адреналин, стучащий по вискам, я услышала шорох страниц. Мысленно уже сдалась. Уже представляла ужасающее недоумение на лице Хадиева-старшего, презрение на лице Амрана и с каждой секундой все больше смирялась с этой мыслью.

Отныне путь в библиотеку – в единственное светлое пятнышко во всей моей темной жизни будет закрыто!

– Вы очень добры, Валид, – услышала вдруг благодарное, и едва сдержала прерывистый вздох. – Я не достоин.