Ходящий по Мирам. За далёкими звездами

– Что вы хотите? – вождь долго собирался с мыслями, но, решив, что бояться особо пока что нечего, заговорил.

– Уйдите отсюда. Отдайте еду и трёх женщин. И тогда мы вас отпустим. Если не сделаете как мы хотим, мы вас убьём и заберём всё так.

Бу вперил свой тяжёлый взгляд в глаза говорящего. Тот, не выдержал и мига зрительного контакта с жуткими, глубокими глазами, отвёл свои. Эрхи разразился громким, жутким смехом. Закончив смеяться, он чуть подвинул У и лёгким взмахом аргала снёс слишком самонадеянную вождю голову.

– А теперь слушайте меня, – проговорил он опешившему племени. – никто никому ничего отдавать не будет. У, – он указал рукой на вождя племени, – мой друг и я ему помогаю. Я могу быть для вас духом, демоном, кем угодно. Я убил вашего вождя и помогу У-ннэ убить вас всех при желании. Но я не хочу. Я хочу, чтобы вы пошли с ними и слушались У. Моей рукой двигал его разум. – всё тоже самое Бу-Ож перевёл для У. тот с удивлением посмотрел на эрхи, но лишь одобрительно кивнул, продолжая молчать.

Враждебное племя колебалось. Они видели, с какой лёгкостью этот великан расправился с их главой. Они были не на шутку испуганы. Но и становиться подчинёнными не хотели. Из общей толпы вышел молодой воин и проговорил.

– Я – Лау, сын Ых, которого ты убил. Я второй в роду. Хочешь, чтобы мы пошли с ними? Тогда пусть этот У – тут воин ткнул пальцем в грудь вождя, – пусть он сразится со мной. Без твоей помощи, дух. Победит, хорошо, так тому и быть, нет, мы заберём всех женщин за убитого Ых.

Бу-Ож всё перевёл. У оглянулся, перевёл взгляд на Лау и утвердительно кивнул. Тут же все разошлись, освобождая пространство. В руках молодого воина была палица, которую ещё недавно держал в руках убитый вождь. У же, вопреки всем ожиданиям, взял лук и стрелы. Бу только улыбнулся хитрости вождя. В то же время, он не на шутку переживал, а не промахнётся ли?

Лау, по всей видимости, тоже не видел лука никогда и потому, значения не придал. Они разошлись шагов на двадцать друг от друга и замерли.

У не спеша приложил стрелу к тетиве и поднял лук. В это же время молодой воин с воплем ринулся, поднимая палицу как можно выше над головой и издавая дикий рёв. У выстрелил. Нормально он не попал. Но и не промазал. Бу аж скривился в лице, наблюдая, как вопль ярости перерастает в крик боли, срывающийся на визг, и Лау валится на землю, орошая её обильно кровью. Стрела попала аккурат в низ живота. Молодой воин выронил палицу, вырвал стрелу, но стало только хуже.