Волей ветра

Я услышал, как Эльза обращается к кому-то по имени Хайнц, чтобы он что-то сделал. «Видимо, так зовут папу Клауса», – подумал я.

– Эльза, успокойся, все будет хорошо, он придет в себя и вернется, не в первый же раз.

– И кто такой этот Герхард?

Это были последние слова, которые я услышал, басовитый голос звучал спокойно. Напротив, голос Эльзы был очень высоким и тревожным. Она явно сильно переживала. От увиденной картины у меня из головы вылетело, что я хотел отчитать Клауса за опоздание. Я привык видеть своего друга спокойным, часто неуверенным.

– Стой, я больше не могу!

Вначале я перешел на быстрый шаг, а потом замедлился, практически остановился. Клаус развернулся и резко встал, как вкопанный. Мы оба тяжело дышали и первые пару минут не могли ничего сказать. Как только ритм моего дыхания немного пришел в норму, я спросил своего друга:

– У тебя все в порядке? Я волновался, что ты не придешь.

Мы небыстро зашагали по дороге в поле.

– Извини, Герхард, что заставил ждать. Я не знал, что мы уедем на столько времени.

– А куда вы ездили, что случилось?

Я осторожно задал вопрос и смотрел на своего друга, пытаясь понять, можно ли его было задавать. Клаус немного помолчал, все еще тяжело втягивая воздух.

– Мы ездили в Абруг, в больницу. По назначению доктора из Барилы. Здешний врач делал мне осмотр, как сказала Эльза, это нужно для поступления в школу.

– Да я знаю, это стандартная процедура, так делают со всеми. Все школьники проходят несколько врачей, большая часть из них нормальная.

Я понимающе кивал головой.

– Но есть там один странный доктор, вроде Мурцен.

– Мертен, Отто Мертен!

При произношении этого имени ладони Клауса сжались в кулаки.

– Он задавал мне идиотские вопросы, а в конце сказал папе и Эльзе, что мне нужно учиться в другой школе. И что такая в Гитерии есть только в Цихленде. А этот Цихленд, он черт знает где!

Рассказывая, Клаус переходил на крик.

– Я не хочу уезжать отсюда, Герхард, ты – мой единственный друг, и мне хочется быть тут, с тобой.

Клаус произнес эти слова очень спокойно. Я шел и смотрел на своего друга. Мне хотелось остановиться и обнять его, но вместо этого я сказал:

– Ладно, не унывай! Смотри, вон ребята на мотоциклах! Надеюсь, Герман еще там.

Мы снова ускорились и, через каких-то пару минут, были рядом с гоночной трассой.