Непокорное сердце огненного альфы

Распечатать во все дырки единственную наследницу старика Сальваторе кто угодно захочет…

Пусть кроме меня у Сальваторе Вега других детей и не было в самом деле, никакой конфеткой, и уж тем более сладкой, меня точно не назвать. С моим-то вздорным характером. Да и “кто угодно” – тоже прозвучало весьма сомнительно. Большинство особей противоположного пола меня по диагонали обходило ещё с тех времён, как мне исполнилось двенадцать. Хотя напомнить ни о чём таком я не успела, как бы того ни хотелось. Да и вообще обо всём предыдущем позабыла.

Всего с трёх чужих прозвучавших слов.

– Как и тебя. В твои, – раздался неподалёку чей-то баритон, наполненный мрачностью и обещанием боли.

Незнакомый. Не слышала его никогда. Если бы услышала, непременно запомнила. Такой – захочешь, не забудешь. Вкрадчивые, вибрирующие нотки мигом забрались под кожу, а жара вокруг моментально превратилась в настоящее пекло. Прежде безучастная ко всему моя вторая сущность и та заинтересовалась происходящим.

А он…

Чужак.

Огненной масти.

Как и я сама.

И воистину великолепен.

Широкий разворот плеч, перевитые жгутами мышц крепкие руки и мощная шея, обтянутый самой обычной футболкой торс, – от него исходила до того тяжёлая аура, источающая непоколебимую силу, что я невольно зависла на этом аспекте. И настолько, что едва нашла в себе возможность посмотреть выше. А стоило взглянуть, как преступно правильные черты лица, смягчённые едва заметной щетиной, навсегда отпечатались в подсознании на уровне какого-нибудь позорного клейма.

Такого реально не забудешь, даже если случится тотальная амнезия. Оборотень был не только прекрасно физически сложён и силён, но и выглядел, как… какой-то долбанный недосягаемый идеал. Слишком нереальный, чтобы быть действительностью. Но он был. Здесь. И сейчас.

Стоял неподалёку от нас и перекатывал в руках три подобранных с земли яблока. Весь в чёрном, отчего огненные волосы выделялись особенно ярко на солнце. Мрачный. Хмурый. С подсвеченным синим пламенем второй сущности взором.

На красивом лице застыло выражение брезгливости к моим обидчикам.

Впрочем, те недалеко от него ушли. Лицо Матео моментально перекосило, стоило ему увидеть того, кто помешал. Позабыл о моём существовании в два счёта, развернувшись в сторону внезапно вмешавшегося.

– Хотя о чём это я? Наверняка, твою задницу с ротиком и без того давно распечатали. Твой же папаша, – издевательски протянул незнакомец.

Вот тут не только Матео. Все остальные тоже разом подобрались.