Чумные Псы: Оскал Страха

– А иначе к нам не попасть, – усмехается Феникс, поводя рукоятями управления в странном ритме, похожем на морскую качку. – Поле искусственное и защищает от гостей со стороны Темного сектора.

– А они тут близко? – подает голос Ксень. Понимает, что ей бы лучше помолчать, так как ответ слышать не очень-то хочется, но… все равно любопытно.

– Да, они от нас в паре часов полета, – Аргона кивает, совсем не глядя перед собой. Она как будто на автомате прокладывает курс, и, кажется, астероиды ее совсем не беспокоят.

И опять женщина делает запинку, называя правителя темных. Ксенька это замечает, и спрашивает:

– А что, он как Воландеморт? Его нельзя называть?

– Да какая разница, – Птица качает головой. – Если вы на таком расстоянии друг от друга и у вас война, то где бойня? Где… ну… всякое космические оружие и прочая хрень? И почему эти каменюки не притягиваются друг к другу?! Тут постоянно должны происходить столкновения!

– Поле техномагическое, – с удовольствием уходит от неудобного вопроса про имя властителя темных Феникс.

– Может и да. Честнее – точно.

И снова Аргона заставляет себя сдержаться, притормаживает корабль в безопасной зоне и подходит к блондинке, как идут к опасным напуганным зверькам, преувеличенно-медленно и плавно. Эта девчонка бесит ее неимоверно – но и восхищает тоже; они восхищают обе: Птица своей прямотой и бесстрашием, слишком привычными, чтобы быть следствием гибели родителей, Ксенька же – отзывчивостью и любопытством, она как огненная восторженная искорка, с с которой приятно находиться рядом.

– Мы очень хорошо защищены друг от друга, – осторожно присаживается на краешек кресла Аргона, не менее осторожно ловит взгляд неожиданно черных глаз Птицы. – Ты не представляешь, что такое война. Я – как и императрица, как и любой житель Шиана – сделаем все, чтобы не привести ее в наш дом.

– Но она идет? – холодно спрашивает девчонка, презрительно кривит губы. – И что вы делаете, чтобы ее остановить?

– Больше, чем ты думаешь, – уже легко откликается Феникс, позволяя себе вернуться к управлению. – Ты все увидишь.

– Тот-кого-нельзя называть… неназываемый… фигня какая! – Бормочет Ксенька, счищая грязь и кровавую корку с коленки, и старательно не обращая внимания на разборки.