Рожденная огнем. Книга 1. Дюжина и Ледяной лес

И куда безопаснее, чем на своих двоих.

Дюжина ожидала чего угодно, но только не этого. Хранитель подобием сфинкса опустился на снег и кивком велел ей забираться. Девочка принялась лихорадочно соображать. В попутчики она не собиралась брать никого, а уж тем более Пса, явно считавшего ее досадной помехой. Однако… Ее взгляд метнулся к зазубренным вершинам, а тоненький, предательский голосок нашептывал, что им с Хрумом лучше не соваться туда в одиночку.

– Чур, я за главную, – с напускной важностью потребовала она, чем ввергла Хранителя в ступор.

– Сначала пройди боевое крещение, потом командуй, – чуть презрительно парировал он, оскорбившись. Дюжина мысленно позлорадствовала.

– Либо так, либо брось меня здесь, в чистом поле, предоставив полагаться на бельчонка и собственную смекалку.

В глазах Хранителя мелькнуло восхищение.

– Ты хитра, словно дымчатая лисица. Но на твои условия я пойти не могу, – посерьезнев, добавил он. – Моя задача – отыскать девочку и привезти ее обратно живой.

Мы поладим, если будем действовать сообща.

Дюжина подозрительно прищурилась, но так и не нашла, к чему придраться. Помедлив, она протянула руку:

– Договорились.

Пес разразился смехом, похожим на грохот гальки о стекло.

– Мое первое рукопожатие. – Он аккуратно накрыл ее ладонь тяжеленной лапой. – Зови меня Пес. Это короче, чем «доблестный Хранитель Охотничьей заимки».

Дюжина прыснула и только потом поняла, что это не шутка.

– Тебя действительно так величают?

– Да.

 Но Пес меня вполне устроит.

– Ну а мы – Дюжина и Хрум, – сообщила девочка, взбираясь на спину исполина. – Но ты можешь звать меня «несравненная обитательница Охотничьей заимки».

Пес окинул ее недвусмысленным взглядом и, не говоря ни слова, устремился по следу саней.

Дюжина мертвой хваткой вцепилась в каменную холку, и они все удлиняющимися прыжками помчались в сторону гор.

Глава 10

Они стрелой пронеслись через заснеженное поле, миновали узкое сумеречное ущелье, за которым простиралась поросшая соснами долина.

Впереди замаячил первый Саблезубый утес, склон которого купался в тенях цвета индиго и утопал в лиловом снегу. На бархатном вечернем небе взошла луна, засияли ранние звезды. Близилась ночь, Пес спешил, будто мчался с нею наперегонки.

Мороз крепчал, ледяной ветер обжигал наезднице щеки, кусал за нос, проникал за шиворот. Выступившие слезы застывали на ресницах, однако Дюжина не роптала.