Тот самый парень из порно

Но цветы хотя бы не заявляются ночью ко мне в гости.

И не откусывают головы шоколадным статуэткам «Оскара».

– Володь!

– Шоколад – говно, – заявил он, жуя. – Ни черта делать не умеют. Российский – самый лучший. Ты бы попросила Ленкину подругу, она на продажу шоколадки делает, она бы тебе этих мужиков налепила килограмм пять. И не надо было бы везти из-за океана.

Я закатила глаза, но промолчала. Это его Ленки проблемы, не мои.

Хотелось бы верить, что мой муж был поприличнее. Ведь забрали же его сразу, как стало можно? Я б Володю и даром не взяла, и если бы приплатили – все равно не взяла бы.

Вытащила из сумки подарки для него – бейсболку и майку с надписью «I?NY», – уже заранее готовясь к тому, что он скажет.

И точно:

– Текстиль – говно. – Володя помял ткань между пальцами. – Купила бы у нас на фабрике футболок и заказала бы печать по ткани у ребят, знаешь, недалеко от «Макдональдса» сидят? Мы у них Шурке на мальчишник заказывали, хочешь, визитку найду?

– Нет, спасибо.

– Детское время же еще! – Володя встал, расстегнул свою рубашку и натянул подаренную футболку.

Ушел в коридор, к зеркалу, и оттуда крикнул:

– Как на меня шили! Во дают, буржуи!

– Я устала с дороги, – пояснила я, подходя и подавая ему бейсболку и заодно брошенную на кухне рубашку. – Давай потом поболтаем как-нибудь.

– Выпроваживаешь? – обиделся Володя. – Я зря, что ли, ехал сюда через полгорода?

– Ты же случайно мимо шел?

– Шел, ехал, какая разница! – Он начал закипать.

– Прости, у меня голова болит, – соврала я.

Ничего умнее не придумала. Тем более, что голова и вправду тупо ныла где-то за глазами от двух пересадок, рваного сна во время перелета и нервов.

– Что ты мне мозги полощешь? – Он вдруг сделал ко мне шаг, угрожающе нависая сверху и зажимая в угол. – Я на час всего вырвался, нет у меня времени тебя уламывать!

Его рука жестко легла на мой затылок, а язык сразу протолкнулся в приоткрытый рот.

Второй внезапный поцелуй за эти сутки.

Но какая между ними разница!

Пенза, в спальне

Я мотнула головой, толкнула его ладонями в грудь и гаркнула:

– Володь! Охренел, что ли?! Русским языком тебе сказали: не хочу! Ты меня еще изнасилуй, блин!

– Ну ты чего? – Он аж отступил от моего напора. – Я ж пошутил. Пошутить уже нельзя? Не хочешь – так бы и сказала.

– Иди ты!..