Напиши обо мне роман

Если б ты предупредил, что припрешься, я бы постаралась с утра закончить. А так вечером у меня самое вдохновение.

Вообще мало кто считает писательниц любовных романов настоящими писателями. Даже копирайтер – это тяжелая работа, про это все понимают. А романчики про любовь – фигня же, что тут писать-то? Поэтому мне всегда неловко из-за этого отказываться от болтовни в чатах или встреч. Вроде как отфутболиваю людей из-за ерунды. Хотя и сама знаю, что не ерунда, но смущение никак не искоренить.

– То есть, ты не пойдешь со мной в ресторан, с настоящим, как сама говорила, красивым миллионером, чтобы писать о выдуманном миллионере? – уточнил Роман еще раз.

– Типа того.

– И ты так каждый день?

– Почти. Иногда у меня бывают выходные.

Я не стала уточнять, что примерно раз в полгода.

– Скучная у тебя жизнь…

– Пффф! А ты думал – писательницы любовных романов делают это в постели со своими героями? Пошла такая, сняла миллионера в вашем специальном миллионерском «Тиндере» и, поставив ноутбук ему на спину, как в «Опасных связях», написала главу с натуры?

– Не, но… – Роман потряс головой, словно моя болтовня, закатившись ему в уши, превратилась в маленькие медные шарики и теперь они там катались, сталкиваясь и перезваниваясь.

– Вообще-то ты тоже должен заниматься какой-то работой, – намекнула я.

– Круглое тащить, квадратное катать… – загадочно пробормотал он и направился к своей машине. Открыл дверцу и обернулся ко мне:

– Точно не поедешь?

– Точно… – вздохнула я, саму себя пиная в бок за такую глупость.

Но мне ПРАВДА надо было писать!

– Ну что ж, привет твоим выдуманным красавцам. Надеюсь, с ними тебе будет интереснее, – бросил он, захлопывая за собой дверцу и с визгом стартуя с места, как гонщик «Формулы-1»

Ну да, ну да.

Если я хоть что-то понимаю в мужчинах – он еще вернется.

Позер.

Между

1

Он позвонил через три дня.

Телефон я нащупывала вслепую, потому что у меня летел в голове текст.

– Да?

– Поехали в ресторан.

Без «здрасте», без «как дела?»

Кстати, спасибо ему за это, потому что у меня на уме было только:

«На лице его смесь облегчения печали и тоски… – Возвращайтесь! – Искренне говорит он, овладевая собой и думая, что избежал искушения. А зря…»

И совершенно не до пустых формул вежливости.