Любовь без дресс-кода

Вот только сам остался стоять в проеме двери так, чтобы мне пришлось протискиваться мимо него.

Дешевый трюк.

Особенно на глазах всего офиса.

По-моему, там даже бумажками шуршать перестали и разговоры стали на порядок тише.

Я похвалила себя за то, что после увольнения не бросила фитнес и не начала есть булочки, и между мной и Вадимом еще оставалось некоторое пространство, и я не задела его, протискиваясь мимо. Ожидала даже, что Вадим сейчас разнообразит шоу и прижмет меня к косяку всем телом, но он очень умело делал вид, что это действительно случайность.

К лифтам мы проследовали, как знаменитости по красной дорожке под вспышками камер и острыми взглядами. Кажется, мне досталось даже больше. И спина зачесалась, так ее сверлили чьи-то недобрые глаза. Дорого мне этот кофе обойдется, чувствую.

Вчерашняя девочка-бариста чуть не перепрыгнула через стойку, чтобы броситься Вадиму на шею:

– О, Вадим! Здорово, что зашел! Хозяин сказал, что это гениальная идея, так что у нас с сегодняшнего дня можно открыть депозит и для самых лояльных клиентов – кредит! Приходи пить кофе вечером обязательно!

– Я предложил сделать программу лояльности – кладешь им на счет побольше денег и больше не страдаешь, что карта не работает, – вполголоса пояснил мне Вадим, обнимая за талию.

– Все-таки не дал мне заплатить за свой кофе, да? – Я аккуратно убрала его руки, но он вернул их обратно.

– Что? – Прозрачные глаза насмешливо сощурились – он наблюдал за моей реакцией.

– Вадим, давай останемся друзьями! – произнесла я самую банальную фразу в мире.

Бариста за стойкой ахнула и уронила чашку.

Яркая птица

Как переменчивы симпатии юных дев! Вчера она на меня смотрела, как на последний вертолет, спасающий ее с крыши домика, окруженного голодными зомби, а сегодня, услышав, как отшиваю Вадима, смотрит, как на Гингему и Бастинду в одном лице.

– Лиза готова убивать тех, кто добавляет сироп в кофе. Это, дескать, полностью уничтожает его вкус. Ее отец – владелец сети кофеен в Италии, у них кофе вместо религии, – сказал Вадим, когда мы вышли на улицу подышать.