Избранная Тьмой

В мире есть города, что смеются зимой;

Есть и те, что не спят даже ночью немой,

Или те, что пропахли солями морей,

Или те, где сам воздух светилом согрет.

Среди них, точно жемчуг в короне царя –

И изыскан, и бледен, что летом заря –

Он, спокойный и гордый, стоит на Неве,

И прозрачен, и ровен под стать тетиве.

Он поёт голосами холодных ветров,

Разрывая минувшего тёмный покров,

Или шепчет в загадочных брызгах дождей –

То как друг и защитник, а то как злодей.

Будь он хмур или весел, его красотой

Очарована я, точно смертный простой.

Питер я оставляю, мечтая опять

По проспектам мистическим этим гулять.

Зима не закончилась

Ты стремишься ко мне, как к свече – мотылёк,

Огорчаясь, что путь твой тернист и далёк.

Только я – не свеча и не солнце, не свет,

В буйство звуков ворвавшийся пламенный цвет.

Я живу не в твоём аскетичном краю,

Вместо песен весенних я холод пою;

Тот огонь, что мерещится там, впереди,

Погасили давно проливные дожди,

Остудили крикливые вьюги, и он

Обратился в сверкающих льдов перезвон.

Ты замёрзнешь среди бесконечных снегов,

Проклиная своих отчуждённых богов.

Если хочешь взглянуть ты на небо опять,

Поверни, поверни же шаги свои вспять!

Безнадёжный тобою предпринят поход –

Не заслужит восторгов, историй и од!

Нет, не важно, что май у тебя на дворе –

Эти земли извечно в моём декабре!

И я знаю, что сгинешь ты в стылой воде,

Устремляя свой взор к неприступной гряде…

Разгадай меня

Я – пульса нервное биенье

И свет немеркнущих очей;

Я – отрицание и рвенье

В чреде случайных мелочей.

Я – украшение на шее,

Я – книга мрачная без слов

И труп, заваленный в траншее,

И старый лживый богослов.

И в эротических виденьях

Я обнажаюсь до костей,

Чтоб испытать твоё терпенье

И знанье собственных страстей.

Я расскажу тебе о тайне,

Что каждый день с тобой живёт –

Иносказательно, случайно

И всё почти наоборот.

Я так подсказки разбросаю,

Чтоб ты смогла меня понять

И чтоб догадки парой саев

Язвили разум твой опять.

Чернильница

В тёмной горнице стою я на столе

Средь предметов, едва видимых во мгле.

О, вам, верно, лучше и не знать,

Что за истины вещей скрывает рать.