Единственный

 – До церемонии осталось всего ничего, а мне ещё причёску сделать надо, потом – макияж, потом влезть в супер тесное платье, и главное, не грохнуться в обморок от голода при всём при этом! – хихикнула, нагло отбирая у меня чашку, залпом допивая остатки. – Только маме не говори, она меня на воде двое суток держит, – лукаво подмигнула, вручив чашку обратно мне в руку.

Демонстративно обречённо вздохнул.

– И к чему столько заморочек?

– Как это? – возмутилась Лали. – Всё-таки мой единственный брат женится! Я должна выглядеть достойно, как принцесса на выданье, – горделиво вздёрнула подбородок.

– Никакого тебе выданья, пока университет не закончишь, – усмехнулся, потрепав по макушке, отчего она фыркнула и отскочила в сторону.

– Какой же ты чёрствый сухарь, господин Алихан Шахмаз, – проворчала с фальшивой обидой. – Никакой любви и романтики с тобой! – обвинила, а на мой встречный хмурый взгляд расхохоталась и скрылась в недрах усадьбы.

Вот же оторва!

Хотя злиться на неё не получалось.

Тем более, что мне и без её бестактного поведения, было на кого злиться.

Например…

– Так и будешь там прикидываться мебелью, или, наконец, доложишь о случившемся? – обратился к подошедшему во время моего разговора с Лали.

Вообще, Умут – смышлёный малый, неспроста за четыре года работы на меня, сумел так возвыситься по служебной лестнице. Но присущая ему наивность иногда жутко раздражала. И с чего решил, что я не заметил его появления? Не обратился бы я первым, он бы ещё долго зависал там, не зная, как подступиться.

– Расследование ведётся, господин Алихан, – отлип от дальней колонны парень, шагнув ближе.

– Ты хотел сказать: обвал произошёл целых два с половиной часа назад, а ты на месте аварии до сих пор не побывал и не в курсе, что случилось? – по-своему расценил я услышанное.

Верно расценил.

– Я… – опустил голову Умут. – Собирался. А потом вы позвонили. Подумал, вы тоже захотите взглянуть, и мы можем поехать вместе… – закончил совсем неубедительно.

– Я плачу тебе не для того, чтобы ты думал, – отозвался, не скрывая нахлынувшего раздражения, – а для того, чтобы ты выполнял свою работу, Умут.

И выполнял её ответственно, – подхватил оставленный ранее на спинке кресла пиджак и направился к главному выезду. – Два человека пострадало, Умут, – продолжил уже на ходу. – Что с ними? Их доставили в больницу? Каково их состояние? Их семьям сообщили? Обеспечили всем необходимым? – стиснул зубы, ведь злость начала граничить с яростью.