Стихотворения

И ангелы средь бела дня

с рябины смотрят на меня.

«Погладил печь – спадает жар…»

Погладил печь – спадает жар.

Я глину мял и плакал ночью,

и на плечах всю ночь держал

округу волчью.

Распеленай меня. Темно

под коркой глины, льда и хлеба

тому, что делает окно

необходимой частью неба.

«В морозы горький свет: в деревне пахнет дымом…»

Е.

В морозы горький свет: в деревне пахнет дымом,

и на веранде пыль алмазная, когда

вдруг разорвёт бутыль, а воздух невредимым

останется стоять, как в проруби вода.

Без бабочки твой взгляд слоится и порхает —

повсюду снегопад, паденье и полёт.

Но время – это свет, и он тебя вдыхает.

Но вечность – это тьма: она тебя умрёт.

Тесня звезду зрачком, поймёшь в краю убогом:

что, именем своим, пройдя сквозь языки,

Бог остаётся быть двунадесятым богом,

вдувающим озноб в живые позвонки.

И варежку прожжёт алмазная присыпка,

и валенок уйдёт в замёрзший материк.

Когда шагаешь, снег кричит – ещё не скрипка,

и даже на бегу звучит – уже не крик.

На окнах, на садах – повсюду белый дёготь, —

любовь моя слепец, любовь моя беглец:

ей только обнимать, искать, ласкать и трогать,

и очи закрывать всему, что не слепец.

С фонариком луна и ангел с сигаретой,

как вспыхивает спирт – вот так глядит мороз

и плещет голубым, на кровле непрогретой

наращивая соль земли, морей и слёз.

Твоя звезда – с кулак, и тоже пахнет солью,

как кровь твоя, в тебе нашедшая тупик.

Душа хотела стать звездой, а стала болью,

в которую вошла, как музыка в язык.

«В полуслезах, в полубреду…»

В полуслезах, в полубреду

с подземной музыкой иду

к другой – неслыханной, небесной —

оборонять свою беду

и слушать ангелов во льду…

Мне хорошо в твоём аду

молчать над бездной.

Из цикла «Елене»

I

Убивал. Великолепил.

Забывал. Кричал во сне.

Твои губы сжаты в пепел —

в сердце, сжатое во мне.

Прозреваю.

взгляд из глаза своего,

чтоб обуглилось по краю

нашей жизни вещество.

Чтобы жгло окно в конверте

белом, снежном, голубом.

Что мне делать после смерти,

к чьей руке прижаться лбом…

В недочитанном романе

два забытых мертвеца:

я и ты – в чужом тумане,

снящаяся без лица.

II

Ищу тебя. Иду по краю,

где льёт луна, где льёт левша.

Левее – к сердцу. Пропадаю.

Сначала тень. Потом душа.

Во мне зима.